А где Хидеёри? Его уже не было на внешних укреплениях. Уилл заметил, как принц вошёл в ворота главной цитадели, всего в нескольких футах под ним. На бегу содрав шлем, он отшвырнул его в сторону. В жесте его сквозило крайнее отвращение. К себе? К своим советникам? Норихаза бежал за ним, Харунага остался руководить обороной. А рядом с Хидеёри бежала женщина. Ёдогими послала одну из своих фрейлин узнать, почему до сих пор Андзина Миуру не привели на казнь. Фрейлина, должно быть, обнаружила мёртвых стражников и двух служанок и поспешила сообщить принцу о побеге англичанина. Может быть, именно это известие повлияло на решение Хидеёри. Или отсутствие этого известия? Андзин Миура. Талисман Токугавы, приносящий ему удачу.
Они побежали к двери башни. Уилл оторвался от окна, кинулся к выходу.
— Запомни то, что я сказал тебе, мальчик, — крикнул он и затворил за собой дверь.
Снизу донёсся топот. Уилл набрал полную грудь воздуха, выбросил вперёд правую ногу, держа меч у живота, остриём к противнику. Как медленно бьётся его сердце! Как долго он ждал этой минуты!
Хидеёри выскочил на площадку и в ужасе уставился на него.
— В сторону, мой господин принц, — приказал Уилл. — Или вы умрёте в эту секунду.
— Норихаза! — взвыл Хидеёри, падая на четвереньки и отползая вправо. Женщина, следовавшая за ним, завизжала и нырнула обратно, вниз.
Норихаза вылетел на площадку, брови его нахмурились.
— Клянусь Буддой, — прошептал он, — этого не может быть.
— Обнажайте свой меч, мой господин, — сказал Уилл. — Я слишком долго ждал этого случая. Сожалею только, что мои тюремщики украли вашу кокотану вместе с остальными моими вещами.
— Непременно, — отозвался Норихаза. Меч, казалось, сам выпрыгнул из ножен ему в руки, и ножны полетели в сторону. Хидеёри кое-как поднялся на ноги и бочком пробирался вдоль стены к лестнице, не сводя глаз с готовых к бою мужчин.
— Отправляйтесь к госпоже матери, мой господин, — велел Норихаза.
— И вы тоже идите со мной, — умолял принц. — Без вас мы пропали.
Норихаза улыбнулся:
— Я не покину вас, мой господин Хидеёри.
Его меч мелькнул вперёд, и сталь с лёгким звоном наткнулась на сталь. Но даймио всё время заходил слева, вынуждая Уилла тоже отходить влево — так было в том саду в Сибе.
Уилл шагнул в центр комнаты, описывая мечом большие восьмёрки. Норихаза подался назад, стукнулся рукой о стену, нахмурился, снова поднимая оружие. Хидеёри ждал у подножия следующей лестницы.
— А ты кое-чему научился, Андзин Миура, — заметил Норихаза.
— Кое-чему, — подтвердил Уилл. — Моим учителем был Симадзу но-Тадатуне.
Норихаза медленно кивнул:
— Хороший клинок, Андзин Миура. Но недостаточно. — Он снова осторожно двинулся вперёд, держа меч, к удивлению Уилла, только правой рукой, рукоятью у живота. Острие лезвия, выставленного к противнику, покачивалось из стороны в сторону. Уилл ударил, чтобы отбить его в сторону, но Норихаза мгновенно отдёрнул меч, перехватил двумя руками и изо всей силы нанёс удар по широкой дуге слева направо. Снова секущий удар в живот, как тогда, десять лет назад. Но Уилл ждал его. Он крутнулся на пальцах, выставив лезвие вертикально, и парировал удар. Замах был почти пушечной силы, но Уилл удержал равновесие и в свою очередь снизу вверх ткнул даймио в грудь. Кончик клинка распорол кожу под нагрудным панцирем. Норихаза отскочил назад и снова врезался в стену. Теперь он задыхался.
— Норихаза! — взвизгнул Хидеёри. А сверху раздался женский голос.
— Мой господин принц? Что вы здесь делаете? Враг у ворот, мой господин. Мой господин? — Её голос поднялся до крика, когда она увидела, что происходит за спиной принца.
Меч Норихазы снова поднялся. Но теперь он двигался ещё медленнее, а на лбу даймио выступили капли пота. Он уступал в силе, в скорости. А вдобавок, понял он, противник по крайней мере не уступает ему в искусстве владения мечом. Воздух с шипением вырывался из его ноздрей. Теперь он выжидал. Все его надежды теперь были на то, чтобы не пропустить удар.
Уилл, выставив клинок, так же медленно и сосредоточенно двигался вперёд, следя за движениями противника. В любую сторону. Это не имело значения. Тадатуне не зря провёл столько часов, обучая его обратному удару. Ну, сейчас, подумал он. Сейчас всё будет кончено. А со смертью Норихазы башня будет в моих руках. Хидеёри — не боец. Башня, и принцессы, и Пинто Магдалина — все будут моими пленниками.
Краем глаза он заметил, что принц пошевелился. Хидеёри медленно вытаскивал свой большой меч. Невероятно, но он собирался нарушить кодекс бусидо. На долю секунды Уилл отвлёкся, чтобы встретить новую опасность, и Норихаза бросился на него. Уилл едва успел взмахнуть слева направо мечом, чтобы парировать удар. Инерция собственного замаха увлекла его вперёд и вбок. Как близко, оказывается, он был от ступенек. Зависнув на мгновение над пропастью, он в отчаянии взглянул вниз.
