- Дело в том, что раны всегда особенно возбуждают жажду,- сказал Бассомпьер.- Но мы уже не умеем нить, друзья мои; мы стареем!
- Говорите за себя! - возмутилась вся компания.
- Я с себя и начинаю,- продолжал Бассомпьер,- и докажу вам мои слова одним случаем из моей жизни, если хотите.
- Докажите, докажите! Это будет очень интересно.
- Мне было двадцать пять лет,- начал Бассомпьер,- я командовал швейцарцами. Король Генрих Четвертый поручил мне набрать шесть тысяч человек и отправиться в экспедицию. В полтора месяца все было сделано. В день отъезда после плотного завтрака я стал прощаться с почтенными представителями Тринадцати Кантонов. Они взяли каждый по стакану с вином и пожелали мне счастливого пути. «Подождите минуту, господа,- отвечал я,- у меня нет стакана чокнуться с вами». Сняв сапог, я велел хозяину ресторана наполнить его вином; туда вошло пятнадцать бутылок; я взял его за шпору, выпил залпом и опрокинул, чтобы показать, что в нем ни капли не осталось. Теперь так не пьют больше! - заключил он, грустно покачав головой.
- Да,- подтвердил шевалье де Гиз,- мы пьем из стаканов; это миниатюрнее, но зато чище.
В это время дверь отворилась, и вошла дама, заку«тайная в плащ; голову ее покрывал капюшон, а лицо закрывала красная маска.
Ее сопровождали два негра в странных костюмах, вооруженные с головы до ног. Проходя мимо пировавших вельмож, она так странно взглянула на графа дю Люка, что он побледнел и машинально встал.
Дама повелительным знаком подозвала хозяина, сейчас же подошедшего к ней, холодная и строгая, словно статуя, прошла через зал, полный народа, и исчезла в соседней комнате.
Хозяин почтительно шел впереди.
Появление этой дамы и ее странных провожатых сильно поразило всех. В комнате все разом смолкло. Только Ланжак, Сент-Ромм и де Лафар ничего не видали: они спали в разных положениях. Товарищи же их были настолько навеселе, что все видели в розовом свете.
- Кто это? - задумчиво произнес де Шеврез.
- Знатная особа, должно быть,- заметил Оливье.
- Знатная иностранка,- с презрительной улыбкой предположил де Гиз.
- Иностранка или нет, милый друг, но в любом случае она знатная дама,- сказал Бассомпьер.- Авантюристка не сумела бы держать себя с таким царственным величием.
- Странно только, что она пришла одна в такой поздний час в ресторан,- прибавил дю Люк.
- Одна? А негры?
- Вы не так меня поняли, любезный де Шеврез,- я неясно выразился. Мне уже несколько раз случалось встречать ее на улице в разное время дня и ночи, и при ней бывало гораздо меньше провожатых; первый раз сегодня я вижу ее в сопровождении вооруженных негров.
- В самом деле? Во всем этом есть что-то таинственное.
- Спросим хозяина.
Позвали хозяина, но он тоже ничего не мог объяснить. Дама уже третий раз была в его гостинице, но всегда в маске, так что он не знал, молода ли, хороша ли она. Может быть, ему щедро заплатили за молчание, а может быть, он и в самом деле ничего не знал.
- Впрочем, господа,- прибавил он с лукавой улыбкой,- вы легко можете сами расспросить эту даму, если уж вам так хочется; она будет ужинать вот здесь.
Он указал на соседний стол.
А! Так мы можем говорить с ней? - обрадовался Бассомпьер.
- Но зачем же вы поставили три прибора? - спросил дю Люк.- Разве эта дама собирается ужинать со своими черными лакеями?
- Не думаю, монсеньор, она ждет двух кавалеров.
- Ага! Тайна становится еще таинственнее,- сказал весело шевалье де Гиз.
- Да что нам за дело до нее? - заметил де Шеврез.- Она так же, как и мы, вольна делать, что ей хочется. В ее поступке нет ничего дурного.
- Разумеется; интересно только знать, что это за женщина.
В эту минуту в ресторан вошли двое в плащах, подошли к столу, приготовленному для дамы в красной маске, сбросили плащи и без церемонии сели.
Бассомпьер и его друзья с удивлением переглянулись. Посетителями оказались стройные, высокие, плечистые мушкетеры Людовика XIII, с длинными рапирами и двумя пистолетами за поясом. Но не это удивило веселую компанию, а то, что лица мушкетеров скрывали черные бархатные маски.
Было уже поздно.
Ресторан покинули все; кроме наших семерых вельмож, трое из которых спали, да двоих незнакомцев, никого не оставалось.
- Уберите эти блюда и пустые бутылки,- приказал Бассомпьер,- и велите подать нам глинтвейну.
Глинтвейн нельзя приготовить быстрее, чем за полчаса; Бассомпьер хотел выиграть время.
Незнакомцы между тем придвинули поближе свои шпаги и положили пистолеты на стол; одним словом, приняли все меры предосторожности. Они сидели лицом к двери, так что могли в случае необходимости стеречь выход. Но Бассомпьер и его товарищи, как и мушкетеры, делали вид, что не обращают друг на друга ни малейшего внимания.
Хозяин велел подать превосходный ужин и лучшие вина; когда все было готово, он отворил дверь соседней комнаты и почтительно поклонился на пороге.
Через минуту вышла дама в сопровождении негров, которые шли за ней мерным шагом с мушкетами на плечах, положив руки на эфес рапиры.
