- Это и есть угроза! Pardieu! Неужели можно позволить вам, сударыня, приходить в ресторан и замаскированной оскорблять вельмож знатнейших домов Франции! Вы первая начали с нами разговор и без всякого повода с пашей стороны оскорбили каждого из нас. Это вам даром не пройдет. Ваши кавалеры, если они действительно дворяне, ответят за ваши слова!
- Мы не деремся, милостивый государь,- хладнокровно сказал один из мушкетеров.
- А! Так что же вы делаете?
- Наша обязанность убивать тех, кто осмелится оскорбить эту даму,- отвечал другой.- Мы объявляем себя ее покорными слугами.
С этими словами они прицелились из пистолетов, а негры из мушкетов.
- Прекрасно! - усмехнулся де Гиз.- Так вы наемные убийцы?
- Как прикажете? - спросил один из мушкетеров даму в красной маске.
- Подождите! - она спокойно и небрежно улыбнулась.
- Sang-Dieu! Но это невозможно! - возмутился де Гиз.- Как вы думаете, господа?
- Мы с вами,- отвечали Бассомпьер и де Шеврез.
Они начали будить спящих товарищей, крича нм, что речь идет о расправе. Те живо вскочили и схватились за шпаги.
- Битва? Браво! Это окончательно прогонит наш сон!
- Господа, выслушайте наши условия! - решительно сказал де Гиз, гордо обращаясь к мушкетерам.
- Ваши условия? - с насмешливой улыбкой переспросила дама.
- Да, сударыня; мы не убийцы и непременно разделаемся с негодяями, которые вас защищают.
- Какие же это условия? - повторила она, слегка закусив губы.
- Вы сейчас же снимаете маску, сию минуту, понимаете, сударыня? Мы хотим знать, кто вы такая. Затем вы попросите у нас извинения за нанесенные обиды.
- Извинения? Ну, это слишком по отношению к женщине, шевалье! - насмешливо сказала она, искоса взглянув на графа дю Люка.
- Мы даем вам пять минут на размышление, сударыня.
Де Гиз положил на стол свои часы, осыпанные бриллиантами.
- Благодарю вас за столь долгий срок, милостивый государь. Мне довольно и одной минуты. Теперь вы меня выслушайте.
Граф дю Люк быстро бросился вперед и стал между товарищами,
- Ни слова больше, сударыня! - строго сказал он.- Вы, конечно, очень виноваты перед нами, но не заслуживаете такого строгого наказания, какое назначают вам мои товарищи. Если бы мужчина нанес нам подобное оскорбление, он поплатился бы своей кровью, оскорбление от женщины мы презираем. Если вы, пользуясь своей слабостью и, по всей вероятности, знатностью происхождения, считаете себя вправе говорить каждому, что угодно, так мы не забыли того, что нам приказывает честь. Спрячьте шпаги, друзья мои! Хозяин, велите подать нам глинтвейн! Будем пить, не обращая больше внимания на разгульных женщин, бродящих ночью по улицам и оскорбляющих порядочных людей!
- Милостивый государь! Вы дорого поплатитесь за такую обиду! - крикнула дама, бросившись к графу.
- Полноте, сударыня! Разве я знаю, кто вы такая?- отвечал он, презрительно улыбнувшись и пожав плечами.
- О, берегитесь!
- Чего, сударыня? Я перед вами: извольте, прикажите вашим лакеям стрелять в меня.
Незнакомка с отчаянным жестом откинулась назад и закрыла лицо руками.
- Будем пить, господа! - повторил граф, подставляя хозяину стакан.
- Отлично, друг! - согласились вельможи.- Вы правы, мы действительно ошибались.
- Да,- сказал шевалье де Гиз,- и приняли распутницу за знатную даму.
- Не говорите о ней больше ни слова; кто бы она пи была - она женщина, не станем этого забывать.
Дама вдруг, как пантера, бросилась опять к дю Люку и, положив ему дрожащую руку на плечо, наклонилась почти к самому его лицу.
- › Я люблю тебя! - произнесла она сдавленным голосом.- Ты один мужчина между всеми этими щеголями!
- Как вы скоро меня полюбили, душечка! - насмешливо отвечал он.
- Может быть!… Теперь ты пошел бы за мной, если бы я тебе велела?
- Отчего же нет?! Я ведь дал честное слово.
- Хорошо, я не забуду; ты скоро получишь от меня известие.
- Извольте. За ваше здоровье!
Не успел он сделать двух глотков, как она выхватила у него стакан, выпила до половины и остальное выплеснула в лицо его товарищам.
- А вы - все подлецы! - бросила она им.
Вельможи бешено вскочили с мест и выдернули шпаги.
Дама, быстро отскочив, схватила серебряный свисток и пронзительно свистнула. Дверь мигом шумно распахнулась, и в комнату вбежало человек пятнадцать в масках и вооруженных с головы до ног; окружив семерых вельмож, они прицелились в них.
- Видите, я не боялась вас, господа? - с колкой иронией произнесла дама.- Прощайте! Веселитесь! А ты, Оливье дю Люк де Мовер, не забывай!
- Sang-Dieu! Еще бы, моя прелесть! - рассмеялся он.- Ангел ты или демон, клянусь, я уж теперь до безумия влюблен в тебя!
Незнакомка отвечала ему только прерывистым смехом, походившим на рыдание, и исчезла в сопровождении таинственных защитников.
Вельможи с минуту стояли ошеломленные, потом переглянулись, точно очнувшись от страшного кошмара, не говоря ни слова, накинули плащи и вышли.
Но они ничего не увидали. Незнакомка пропала совершенно бесследно.
Едва они успели уйти, как из внутренней двери осторожно вышел Жак де Сент-Ирем с сестрой.
- Ну что, Диана? Довольна ты сюрпризом? - спросил он, посмеиваясь.
