А все из-за его самоперепрограммирования. Где-то что-то недоучел, не там поставил блокирующий переход – и вместо полного забвения этих директив они у него перешли в неисполняемый статус. А может, он сам так устроен, что директивы такого удалению не подлежат ни в коем случае. Но, в любом случае, Кандида от этой мути надо лечить, пока не поздно. Я-то человек незлобливый, на такие предложения реагирую со здоровым юмором. Как будто мне больше делать нечего, кроме того как живьем жарить темных и прочих эйджел. Но я-то не вечен, как и прочие люди, а вот Кандид вполне может пережить меня и десяток моих преемников, даже если мы все поумираем в самой глубокой старости. И кто знает, не найдется ли в длинной череде императоров какого-нибудь страдальца от мании преследования и паранойи, который с радостью ухватится за подобные советы, учинив жестокий ксеноцид… Нерон, Калигула, Иван Грозный и товарищ Сталин (на последнем этапе жизни) на такие идеи отреагировали бы вполне положительно. Так что надо не забыть принять меры по этому вопросу. В крайнем случае искин Кандид должен быть инактивирован, а его исходники исправлены, заново откомпилированы и скомпонованы.
Но это будет потом, а пока наша проблема – темные эйджел. Я, конечно, могу принять это решение самостоятельно, но лучше провести его через совет графов, заставив их разделить со мной решение судьбы целой расы. Ведь сегодня фактически определится, что мы будем делать в следующий раз, когда к нам в руки попадут очередные темные эйджел – поддадимся ксенофобии или попробуем сохранить для будущего и этот родственный нам вид, попробовав избавить его от врожденных недостатков. Не хочу, чтобы на страшном суде мне задали страшный вопрос: «Каин, где брат твой, Авель?» – а я бы и не знал, что ответить.
Именно так я и поставил вопрос на Совете графов – что мы сейчас решаем не только судьбу этих конкретных темных эйджел, но, как бы громко это ни звучало, и судьбу всей их расы, включая еще нерожденные поколения.
Первой слово взяла главный врач нашей Империи, главный биолог, антрополог (и прочая, прочая, прочая), а также министр нашего здравоохранения доктор медицинских наук Ираида Леонардовна Гальперина. Вообще-то бабушке нашей медицины уже за семьдесят, а на военных советах первым слово дают младшим по чину и возрасту, но внес в это правило Петра Великого малюсенькое дополнение. Самым первым должен говорить тот, кто в обсуждаемом вопросе хоть что-то понимает и кому в случае того или иного решения со всем этим придется возиться. Если у нас в темных эйджел (молчите поручик) кто-то, что-то понимает (кроме Кандида, разумеется), так это она, товарищ Гальперина. Она их обследовала, сделав на основании этого научное заключение, ей и первое слово.
– Ну что я могу вам сказать для начала? – издалека начала Ираида Леонардовна. – В первую очередь то, что эйджел в определенном роде это научный парадокс. Они и люди (ибо с генетической точки зрения являются ближайшими нашими родственниками), и одновременно таковыми не являются, потому что их генетический набор подвергся грубому постороннему вмешательству. Кто-то хотел получить улучшенную и продвинутую версию человека разумного, которая смогла бы заселить всю Галактику, а получил то, что получил – то есть улучшенную и продвинутую версию африканского дикаря, вместо жизни в джунглях в долине реки Конго приспособленного к жизни на просторах космоса.
После этих слов наш главный доктор глубоко вздохнула, будто печалясь о судьбе наших двоюродных братьев по разуму, после чего продолжила:
– Что касается будущего этой расы, то оно печально даже при самом благоприятном нашем решении. Я тут с помощью Кандида пообщалась и с матроной Зейнал, и с некоторыми светлыми эйджел, которые находились у нее в плену – и теперь, сопоставив ее информацию с результатами своих исследований, могу сказать, что и темные, и светлые эйджел находятся на пути к полному исчезновению. Дело в том, что у них в среднем на пятьдесят девочек рождается только один мальчик, и это соотношение продолжает ухудшаться. Повторяю – это касается и тех, и других, а также сибхов и горхов, у которых острота проблемы не настолько велика. В любом случае к настоящему моменту они уже не имеют в своем составе ни одного эйджел мужского пола, и число таких кланов продолжает расти…
После этих слов среди мужской половины Совета пошел шепоток, на который Ираида Леонардовна отреагировала достаточно резко.
