— Ты — тот человек, который не позволит уничтожить этого мечтателя раньше времени, защитит его от него самого. Как видно, кое-что тебе уже удалось... Чем больше у человека сердце, тем сильнее оно болит и тем труднее жить с этой болью; особенно если у тебя нет ни единого друга, которому можно вполне доверять.
— Соня! — И она оказалась в объятиях высокого светловолосого молодого человека, с тонкими, но мужественными чертами лица, в котором сразу же признала Лори.— Поверить не могу! — Он радостно рассмеялся, любуясь ею.
— А ты стал настоящим красавцем,— заметила Соня.— Все девушки Ианты, должно быть, ночами не спят, мечтая о тебе.
— Вот еще!.. Других забот нет!.. О девицах еще у меня голова не болела,— махнул рукой Лори.— Давно приехала?.. А где Гинмар?
— Гинмар там, где ему положено быть, а вовсе не Таллу,— вмешался Ёно Ран,— нравится ему это или нет. -
Лори помрачнел, но тут же снова улыбнулся.
— А что это за божественное создание, которого я раньше не видел? Ну, там, во дворе?
Очевидно, имелась в виду Лиара, хотя для Сони слышать о ней такие слова было невероятно.
— Божественное создание именуется Лиарой, и мы действительно пришли сюда вместе.
— Я так и понял, потому и заговорил с ней. Раз она твоя подруга, значит, вовсе не простая девушка.
— Это точно. Не вздумай с нею обниматься. Божественное создание может тебя неправильно понять и не посмотрит, что ты не последний чин в городской страже,— Соня обратила внимание на одежду Лори,— руки оборвет.
— Лиара,— мечтательно повторил юноша,— звучит красиво.
— Кстати, чем она занимается... во дворе?
— Следит за тем, чтобы ваших лошадей накормили и почистили. Ей это, видно, нелегко, у нее что-то с ногой. Пойду помогу.— Лори как ветром сдуло; Соня, смеясь, покачала головой, подумав, что от ее предупреждений толку, похоже, никакого.
Ианта постепенно возвращалась к обычной жизни. Гинмар, достойно справившись со своей задачей, готов был с утра до вечера водить Соню по всей столице: он настолько любил свой город и гордился им, что словно задался убедить девушку в том, что Ианта — лучшее место на земле; а она не могла не замечать изменений, произошедших за годы ее отсутствия. Хотя Соня ни разу не выдала Ёно Рана и не обмолвилась относительно того, что ей известно, чьи деньги пошли на строительство новых домов, а сам Гинмар по-прежнему об этом не упоминал, она с интересом смотрела не столько вокруг, сколько на своего старого друга. Он недаром называл Ианту своей матерью; и, честное слово, любая мать имела бы все основания гордиться столь почтительным и любящим сыном, на все готовым ради нее. Там, где не так давно простиралось пепелище, выросли красивые здания. Кое-где даже возвели фонтаны, роскошь для Ианты, самые камни которой едва не плавились в знойные дни: прежде они били только возле особняков богачей, будучи слишком дорогим удовольствием для городской казны, а теперь множество детей с оглушительным визгом и хохотом играли среди сверкающих струй...
Возле городских ворот, где обыкновенно собиралось множество нищих — как прежде, так и теперь,— Гинмар вдруг остановился, пристально глядя на одного из попрошаек, одноглазого и одноногого, который сидел среди прочих с протянутой рукой. Соня заметила, как изменилось лицо ее спутника, но ни о чем не успела спросить, когда Магистр схватил этого нищего за шиворот, поднял и хорошенько встряхнул.
— Что за шутки, Тизар?! Здесь и в таком виде!..
Попрошайка, у которого тут же «чудесным» образом отросла недостающая нога, ч вырвался, злобно ворча.
— Тебе какое до меня дело? Чего пристал?
— А такое, что ты, сын богатых родителей, предпочитаешь дурить людям мозги, прикидываясь калекой!
— А я здесь за день собираю больше денег, чем ты мне платил за службу в течение целой луны. Не лезь ко мне и не связывайся со мной — я только изображаю нищего, а ты на самом деле ничего не имеешь, кроме титула и дворца, который тебе не на что содержать.
Гинмар брезгливо оттолкнул его.
— Ну ты и дрянь, Тизар. Вот уж точно люди говорят — сколько волка ни корми, он все в лес смотрит.
— Лучше послушай, что про тебя самого народ говорит,— язвительно усмехнулся лже-калека.— Напомнить?
— Гинмар, не надо,— предостерегающе произнесла Соня, заметив, что эти двое вот-вот сцепятся. — Оставь его, пойдем.
— Твоя подружка не только красива, но еще и умна, в отличие от тебя,— не унимался Тизар, однако Магистр все же последовал совету Сони, сочтя за лучшее не унижать себя перебранкой,
— Кто это? — спросила девушка чуть погодя, когда гнев Гинмара несколько утих.
