Однако стоит ли им доверять? И что будет, если я себя обнаружу? Не лучше ли спереть по-тихому одно из их платьев, аккуратно сложенных под вон тем кустом? А с другой стороны, что они мне сделают? У меня же есть Пламя. А воровать как-то невежливо — особенно если я тут всё равно никого не знаю. К тому же есть шанс, что меня всё же отправили по адресу — туда, где могут высвободить моего «кота в мешке». Немного поколебавшись, я всё же шагнула в круг света и поздоровалась.
«Приветствую вас и прошу прощения за беспокойство…»
Они резко остановились и посмотрели на меня, улыбаясь приветливо.
«Добро пожаловать! Мы тебя ждали», — пронеслась в моей голове внутренняя речь.
Двое подошли ко мне и взяли за руки, приглашая в хоровод. И когда все руки на мгновение соединились в единое кольцо, я вдруг услышала ту чудесную музыку, под которую они до сих пор танцевали.
Я повторяла за ними все движения, но получалось довольно неуклюже — дёргано и невпопад. В общем, чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Но то ли врождённая вежливость, то ли инстинкт самосохранения подсказывали мне: лучше пока плыть по течению и наблюдать. Когда-нибудь же они закончат. Была, конечно, вероятность, что ждали они не меня или что заканчивать они и вовсе не собираются, однако спешить явно не стоило.
Шаг вправо, руки плавно идут вверх… Ох, неплавно! Что ж я такая корова на льду? Шаг, поворот. Под ногами приятно пружинит что-то вроде воздушной подушки. Шаг, назад, плие, наклон с прямой спиной, внезапный подъём головы, от которого взлетают волосы. Снова шаг и поворот. Невозможно уследить за происходящим, когда всё время эти повороты. Шаг влево, приставной, обычный, руки движутся по-разному, таз делает восьмёрки, а мозг очень-очень устал — словно я уже час к ряду решаю алгебраические уравнения. Тело напрягается, пытаясь угнаться за прекрасными танцовщицами, пот льёт ручьями, мышцы деревенеют, дыхание сбивается, но пытка танцем продолжается. А невидимый хор с целым оркестром всё тянет и тянет одну и ту же мелодию.
Семь дорог, семь свечей,
Сделай шаг, и ты ничей,
Больше нечего терять,
Ждёт тебя богиня-Мать…
Снова и снова один и тот же напев. Потом очередное изящное соло невидимой фейской арфы, и опять. Кажется, прошла уже целая вечность, и меня начинает подташнивать от этой песни. «Я — ленивая жирная свинья, моё место — навозная куча», — повторяю я про себя на фейском, чтобы немного взбодриться.
Есть начало и конец
У всего, что дал Отец,
Не пугает сердце мгла,
Снова Вечность позвала…
Кого тут хоронят? Не меня ли? А, ну их, меня так просто не возьмёшь. Похоже, я угодила в какой-то дурдом для магов. Тело постепенно расслабляется, движется «на отвяжись», алгоритм танца выучен, время тянется бесконечно. Шаг, шаг, поворот. Как там Эльдис? Что с ним случится без оружия, которое у меня? И что там у них вообще происходит после моего исчезновения? Он один на один с голой озабоченной ведьмой, с которой у него «ничего не было», и которую ему присылали в качестве искушения. Пожалуй, это худший момент для разлуки. Что будет? Он с ней переспит? Ну и чёрт с ним, пусть. Но вдруг он забудет меня? Вдруг решит быть с ней? Вдруг на него подействуют её чары — раз мы шли к ней за особыми услугами, то есть что-то, чего он сам не умеет. Влипла я по самые-самые.
Шаг-шаг-поворот-арабеск. Шаг назад, шаг вперёд. Небо начинает светлеть. Неужели мы протанцевали здесь всю ночь?
Семь дорог, конец один,
Ждать не стоит до седин,
Вейся в танце, песню пой,
Цель всегда была с тобой.
Шаг-приставить-поворот. Голова кружится, и изрядно мутит. Я сглатываю и закрываю глаза — мутит ещё сильнее. Открываю. Всё кружится и теряет четкие очертания. Шаг, снова шаг. Музыка становится медленнее, изнурённые ноги еле движутся, точно сквозь вязкую грязь. В глазах темнеет и плывут зеленые пятна. Снова закрываю глаза. Останавливаюсь, чтобы не упасть. Открываю. Все остановились, как и я. Уже совсем рассвело, костёр погас. Музыка стихла. Вокруг нас что-то изменилось. Мы больше не в джунглях на берегу. Мы стоим на вершине одинокой горы, а внизу под нами до самого горизонта простирается серая каменистая пустыня, выглядывая из-под плывущих над ней облаков.
Ноги гудят. Острые камни впиваются в голые ступни, но мне это уже безразлично. Хочется просто где-нибудь лечь. В руках у женщин внезапно появляются какие-то тряпки. «Достали из пространства. Спёрли», — думаю я. Знакомый трюк, когда-то я умела так делать.
Одна из танцовщиц протягивает мне свёрток. Разворачиваю. Это нечто наподобие холщовой бесформенной галабеи. Ну что же, лучше пока так, чем голышом.
«Тебе туда, — слышу я безмолвную речь моих спутниц. Они указывают на скалу размером с самосвал. — Ступай, король Норб давно ждёт тебя».
Король Норб? Тот самый, который запечатал Хорнору? Который жил на заре времен? Который давно исчез и считался умершим? Или это какой-то другой Норб?
