- У нас очень добрый лесничий. – Ответил я, Валерка ухмыльнулся и уже раскрыл рот, но получил подзатыльник от Зинаиды.
- Молчи, Валера. – Прошипела она.
- Если только за вознаграждение, моя валькирия.
Зина замахнулась в очередной раз, но Валерка увернулся и, смеясь, поймал её руку, поцеловал пальцы. Все, кто был в эту минуту у костра – замерли.
А он смотрел только на меня, облизал губы и снова ухмыльнулся.
- Стас, я бы, на твоем месте, его прибила. – Подала голос Ирина. – Он же внаглую облизывает пальцы твоей девушки…
Я вздохнул.
- А вот теперь и поговорить можно в тенечке. – Ровно проговорил я, вставая с бревна. – Девочки, я опять на вас оставляю завтрак для страждущих. Надеюсь, «провизия» закончилась?
- Нет, там еще бутылок шесть водки и пива много. – Отчиталась Катя.
- Плохо это или хорошо, но похмеляться не давать. Скажите Петровичу, что это мое личное распоряжение, пора заниматься исследованиями природы, а не дна стакана.
Они закивали, а мы с Валеркой покинули место костра и, не сговариваясь, пошли в мою палатку.
Я откинул полог и залез на спальник, скинул обувь, он проделал то же самое. Молча.
- Итак… - задернул полог.
- Что тебе нужно? Ты же видишь, Зина не воспринимает тебя, как парня.
Он усмехнулся.
- Я прошу не мешать мне, и никто не узнает твой секретик.
Он немного подался вперед и тихо прошептал:
- И теперь не только твой, но и твоего обожаемого Лиса.
Если бы не знал, что только я вижу моего лисенка настоящим, то после слов Валерки - засомневался бы. Он так проговорил это «Лиса». Со знанием дела, с интонацией, не требующей подтверждения, с прищуром понимания в глазах.
Я вздохнул:
- Валер… - но договорить нам не дал некий странный шум в соседней палатке.
- Ммммхммм… Женяяяяя!
У Валерки округлились глаза, и он вдруг прыснул и уткнулся мне в плечо.
- Блин, у нас тут секрет на секрете. – Задыхаясь от сдавленного смеха, прошептал он. – Но я тебе обещаю, за купание в этом озерце и за испорченные кроссовки – отомщу.
- Женька, глубже! – не унимался Генка.
Я не выдержал и рассмеялся в голос.
- Мальчики, потише! - заорал Ромка из своей палатки. – А то весь лес сбежится посмотреть, куда там Женька тебе, Генка, поглубже!
- Заткнись, Ржевский, и дай парням насладиться друг другом! – услышали мы голос Ирки.
Я упал на спальник и начал кататься от смеха.
- Бля, все всё знают и нормально реагируют… - ржал Валерка.
- Кицуров, Уранов, а вы что делаете в палатке вместе, неужели Стасик, наконец, удосужился затащить Валерия в постельку? – раздался совершенно бодрый голос Петровича.
Валерка прекратил ржать и вылетел из моей палатки со свистом.
- Я сейчас тебе, Петрович, покажу, как меня приписывать к этим, с ума сходящим по чужим задницам! – прокричал он на Петровича.
- А чего, у тебя такая милая задница! – отпарировал Петрович, я начал икать и уткнулся в спальник лицом.
Я не боялся Валериных угроз. Мне было, по большому счету, наплевать на него. Просто не хочу нервировать Зину и Сёмку, и, конечно, моего лисенка.
- Аааа... дааа! – на пике прокричал Женя.
- Ну, слава тебе яйца, я уж думал, у вас не выйдет, ребята! – флегматично прокомментировал Паша Вьюнов из дальней палатки. Раздался дружный смех.
Я скинул свитер и укутался в спальник. Две ночи я провел просто шикарно, но только сейчас почувствовал, как устал.
Ресницы слипались от смешливых слез, и я улыбался, когда погрузился в свой спокойный сон.
Разбудил меня отодвинувшийся полог и тихое Генкино:
- Стасик, а… Стасик.
Легкое покачивание на волнах сна постепенно проходило и заменялось Генкиной рукой.
- Что, Ген? – тихо и хрипло спросил я.
- Ты целый день спишь, девчонки волнуются уже, да и Петрович с ума сходит по «провизии», а она у тебя тут… Стасик. – Он прилег рядом, и его тонкие пальчики убрали мне волосы со лба.
– Ты хорошо себя чувствуешь? Зину может позвать?
- Я просто прекрасно себя чувствую. Я две ночи не спал, Генка. – Я разлепил глаза и в упор уставился во встревоженные карие глазенки моего одногруппника.
Я раньше не замечал, что Генка симпатичный. Такой немного детский, и в то же время по-взрослому изящный. С шоколадными глазами, с разрезом как у кошки, и не длинными, но пушистыми ресницами.
По запястью прошел разряд боли, я скривился и улыбнулся про себя. Мой ревнивый Лисенок. Разлилось тепло, и я вздохнул, сел.
Голова кружилась, так как я только ужинал и больше ничего не ел.
- Тебе поесть надо. – Со знанием дела проговорил он.
- Что-то тихо? Где все?
- Не волнуйся, большинство у костра, а остальные занимаются сбором данных для лабораторной. Пойдем, уже время ужинать.
Я поймал его за руку и Гена удивленно повернулся.
- Ген, а давно вы с Женькой встречаетесь?
Гена покраснел, я даже в темноте палатки видел этот яркий румянец.
- Ну, да. Ты не замечал? – немного запинаясь, ответил он.
- Нет, я думал, вы лучшие друзья. – Я, наконец, проснулся окончательно и включил небольшой фонарик, подвешенный к потолку палатки. Генка зажмурился и заулыбался.
