- Мне поможет только мягкий Генин задик. – Мы улыбнулись друг другу.
- Проходи давай.
Женька прошел, наконец, в квартиру и скинул кеды, мы устроились на кухне, я, как радушный хозяин, предложил гостю ужин, и гость не отказался.
Он ел вяло, в основном гоняя рожки по тарелке, иногда вздыхал, и все время смотрел на телефон.
- Жень, ты ведь в курсе проблемы твоей пары?
- У нас с Генкой секретов друг от друга нет, Стас.
- Ты так плохо себя чувствуешь, потому что Гена не завершил обряд?
- Таких подробностей я не знаю, Генка вообще первое время был такой шуганый, хотя и не скажешь по нему, нам было не сложно сойтись, было сложно понять его поведение. А когда он открыл мне всю правду, я не поверил, а доказать он мне не смог и разозлился, тогда у него на голове появились уши, и хвост вырос полосатый.
- Так ты смог спровоцировать это?
- Я не знаю, но Гена говорил, что раньше вообще не мог даже этого. Так что возможно. – Вздохнул Женя.
- Тогда есть возможность помочь ему завершить обращение… - задумчиво проговорил я.
- Стас, ты у нас прям Чип и Дейл в одном лице. – Вяло усмехнулся Женька.
- Жень, ты прилечь не хочешь?
- Ну, еще не хватало прилечь… я в норме, просто вялость страшная.
Я нахмурился и подумал, что если бы Лис не завершил обряд, я, наверное, выглядел бы хуже, чем Женька, все же Тануки слабее моего лиса.
- Так что ты предлагаешь? – спросил меня он, после того, как мы поели и я помыл посуду.
- Хм… есть единственный способ помочь Гене – стресс.
- Каким образом создать стрессовую ситуацию? – удивленно приподнял брови Женька.
- Сейчас, в связи со свадебным обрядом его старшего брата, он переживает, что не может обратиться, сильнее обычного, так нужно этим воспользоваться – например, сказать: раз он не может завершить обряд, ты его больше не любишь, и вы расстаетесь…
Женька подскочил на стуле:
- Стас, ты в своем уме? Это его убьет!
- А может, приведет совсем к другому результату. Вы партнеры, и вашу связь нужно закрепить! Он знает, как ты страдаешь, когда он далеко?
- Нет. – Хмуро ответил он.
- Жень, ты серьезно сейчас?
- Как только он на расстоянии вытянутой руки - мне лучше, и Гена не замечает моего состояния.
- А если просто поговорить об этом, рассказать, что на самом деле происходит?
- Я не хочу его расстраивать, Стас, ты бы видел, как он сияет, когда рядом…
- Жень, я тоже не хочу делать ему больно, но рассказать о том, что тебе плохо без него, ты просто обязан. Он ведь не знает, что ты страдаешь.
Он задумчиво водил пальцем по столу и смотрел куда-то сквозь меня, я сел на табурет и положил свою руку на его, сжал.
По моему запястью не пошла волна боли, просто теплый комочек немного сместился, и перед внутренним взором предстал мой лисенок с торчащими мягкими ушками.
Женька вздохнул:
- Ладно, я подумаю, как это лучше сделать, но, Стас, я хочу сделать это сам.
- Я не собирался присутствовать при этом.
Он улыбнулся и кивнул.
Мы посидели еще несколько часов, обсуждая план, и потом Женька ушел домой, я вызвал ему такси, так как к вечеру он вообще не мог двигаться и только вяло улыбался.
Ночью мне снова снились сны с участием моего лисенка, таких эротичных картин я не видел даже в пубертатный период.
После встречи с деканом и подписания всех бумаг, что стало для меня полной неожиданностью - мне легко позволили уйти на заочное отделение, даже не спросив причины такого решения.
С Петровичем было легко и просто, и я всегда предполагал, что он только с виду такой весь непосредственный и непонятливый, на деле он оказался наделен спокойной властной силой. И, при виде его и меня, директор только и смог, что протянуть мне документы.
Приближаясь к дому, я раздумывал о поездке к любимому, которую запланировал на завтра, и совсем не ожидал увидеть около своего подъезда высокую, немного сутулую фигуру Валерки.
- Валер, какими судьбами?
Он обернулся, и я понял, что у моих одногруппников явно тяжелый период.
Валерка тоже был серого цвета и с лихорадочно блестящими глазами.
- Не знал к кому обратиться, а потом вспомнил о тебе… - он сглотнул и сделал шаг ко мне, мое запястье обожгло, и я, превозмогая боль, пожал его руку.
- Что случилось?
- Стас, у меня свадьба через две недели. – Облизал Валера губы. – Барашкова-старшая просто вцепилась в меня, а ее отец оказался таким дипломатом, просто ужас… Я сбежал сразу, но они приехали ко мне домой всей семьей и заключили деловой контракт! С моими родителями говорили долго и нудно, в заключение показали УЗИ Люси и развели руками. Я весь разговор продержал девчонку за руку. Ты знал, что Люся боится своих родителей, как огня?
Я смотрел на него, и вдруг потянул его на лавочку около подъезда, мы сели, Валерку трясло.
- Валер, все ведь к тому и шло?
- Да, но так быстро…
- Что ты хотел, девушка беременна, и ее родители не хотят, чтобы ребенка потом пришлось усыновлять.
- Да, но таким нахрапом, моя мать потом целые сутки лежала со страшной мигренью. – Он закрыл лицо руками.
- Валер, вся эта ситуация как-то повлияла на твое отношение к Люсе?
