залив Халонг. Я сгруппировала их, как напоминание о начале нашей истории, и оставила рядом много места для следующих глав.
На кухне повсюду блестел мрамор, столешница была подогнана под
Что случится, как мне кажется… никогда.
На почётном месте – он получил личную мраморную полку – возвышался мой миксер от
KitchenAid. Из нержавеющей стали. Прохладный на ощупь и проработанный до совершенства. Установила ли я подвесной светильник непосредственно над ним, чтобы он,
как маяк, озарял надеждой и добром весь белый свет? Даже не сомневайтесь.
Одиночную полку точно по центру стены заняла моя коллекция поваренных книг шоу
«Босоногая графиня»: они размещались строго в хронологическом порядке, разумеется.
Благодаря невероятной вселенской удаче, на титульной странице каждой из них значилось:
«Для Кэролайн. С любовью, Айна».
Важная шишка на телеканале Food Network Пол, который являлся боссом Эшли, которая была подругой Мэган, которая стала женой Тревора, который дружил с Саймоном со школы, попросил подписать все книги лично для меня. И теперь никто не смел прикоснуться к этому сокровищу, кроме меня.
Мы с Джиллиан ходили по дому, добиваясь повсюду идеального порядка. Тут разрыхлили подушку. Там подвинули вазу. В гостиной я остановилась ненадолго, чтобы внести финальный штрих. Вязаный шерстяной плед Саймона, под которым мы когда-то провели памятный вечер, дрожа от страха при просмотре фильма «Экзорцист», я разместила на бархатной кушетке шоколадного цвета. Джиллиан вопросительно взглянула на плед: ей явно хотелось спросить, что забыла эта горохово-оранжевая ретро штуковина посреди моей гостиной. Я огляделась по сторонам, в очередной раз убеждаясь, что плед гармонично вписывается в выбранную мной палитру и превращает гостиную в единое целое. После чего сказала Джиллиан:
– Он принадлежал маме Саймона.
Она кивнула в ответ, и мы какое-то мгновение любовались интерьером. Всё было закончено и, пожалуй, получилось просто совершенно.
– Выглядит великолепно, милая. Так уютно и славно.
– Спасибо, – искренне сказала я, позволяя себе действительно почувствовать себя дома.
Это осознание ещё не до конца пришло ко мне.
– Когда Саймон возвращается домой? – спросила Джиллиан, пока мы направлялись на кухню.
– В пятницу вечером. Хорошо, что я успела закончить со всем пораньше. Будешь кофе?
Она кивнула и открыла холодильник, чтобы достать сливки, пока я разливала кофе.
– Вы не хотите приехать к нам на обед в воскресенье?
– Забавно, я как раз собиралась спросить, не хотите ли вы прийти сюда! Будете нашими первыми гостями?
– Почтём за честь, – улыбнулась Джиллиан.
Мы сели напротив друг друга за стойкой, и пока она добавляла сахар в свою кружку, я внимательно смотрела на неё. Мне нужно было поговорить с Джиллиан, и я надеялась, что она по-прежнему будет не против прийти сюда на обед после того, как я озвучу ей свои мысли.
– Слушай, Джиллиан, мне нужно кое-что с тобой обсудить.
– Да? – спросила она.
– Речь пойдёт о партнёрстве, – начала я.
Она печально улыбнулась.
– Ты не принимаешь моё предложение, я права?
– Что? Как… как ты это поняла? – спросила я, сбитая с толку.
– Просто догадалась. Расскажешь мне, почему?
– Я не отвергаю его, а лишь вношу ответное предложение.
– Внимательно слушаю.
И она выслушала. Я озвучила всё, что чувствую по поводу своей должности, своей деятельности и своего места в компании. В душе я понимала, что мне достаточно просто быть дизайнером. Мне было в радость взять на себя руководство бизнесом, пока
Джиллиан была в отпуске, и ещё приятнее мне было знать, что я могу исполнять руководящие обязанности, причём исполнять их хорошо.
Но, на самом деле, я не хочу их исполнять. Прекрасно понимая, что отказываюсь сейчас от должности, к которой многие стремятся всю жизнь, я приказала себе быть достаточно сильной и сказать «нет». И вот самая важная часть.
Отказ от партнёрства – единственный возможный выход для меня. Мне нравилась моя жизнь и, что более важно, нравился уровень моей жизни.
Никто не приказывал мне принести ужин к нему в кабинет ровно в шесть часов вечера на протяжении пяти дней в неделю. И это было важно, потому что мне хотелось периодически готовить ужин для Саймона, и при этом не работать по двенадцать часов за сутки до этого, чтобы выкроить свободное время.
Не то чтобы кто-то сказал мне, что я не могу совместить работу и личную жизнь. Просто я сама прекрасно понимала, что не хочу жить в бешеном темпе, лишь бы иметь всё и сразу –
упаси Господи! Да и почему, чёрт возьми, я должна хотеть чего-то подобного?
У меня уже есть жизнь, которую я хочу. Поэтому мне не страшно сказать «нет» чему-то большему.
Но я всё ещё хочу активного действия.