Дельта/гавани Сириона ≠ Зеленолесье. Из чего я имею полное право сделать такой вывод, что Орофер и ко покинули Дориат после убийства Тингола; до того, как туда заявились феанориги. И т.к. точных данных касательно этого нет, то и данной работе будет именно так. И кстати, пусть это не тянет на полноценную битву, но, как по мне, событие слишком важно, чтобы пропускать его/игнорировать.
P.P.S. Бытует версия, что Трандуил — внучатый племянник Тингола, а значит, чисто теоретически принцем, пусть и не наследным, он может быть, из чего следует, что ошибки в описании - нет.
========== А судьбе не помешать ==========
«Здравомыслие — лишь маленькая коробка, безумие же — все».
Чарльз Мэнсон
Пред глазами искрит огненный калейдоскоп, в ушах странно звенит, и Трандуил с величайшим трудом сдерживает рвущийся наружу ликующий, и, возможно, самую каплю истеричный смех. Бороться с медленно подступающим безумием давно уж не было ни желания, ни сил, ни тем паче времени.
В крови бурлит гремучая смесь колючего страха, щекочущей опасности и неправильно яркого наслаждения. Быть может, он и уже сошел с ума слишком много лет назад, чтобы запомнить. Трандуила чуть потряхивает от предвкушенного возбуждения, а пальцы лишь привычно стискивают рукоять меча.
Ему, возможно, не стоило приходить сюда, не стоило вести за собою преданных до ненормальности эльфов, не стоило и вовсе делать это. Ему на самом-то деле не стоило делать много чего. Не стоило кричать, дерзить не стоило, не стоило в запальчивом гневе сказать, наконец, отцу то страшное, что до сих пор скрывалось в потемках его фэа, слишком непонятное для самого Трандуила.
Но он отчего-то вновь совершил ужасающую, непростительную глупость, ни на миг не задумавшись о последствиях ни тогда, ни даже сейчас. Вновь сделал то, о чем позже наверняка жестоко пожалеет.
Но так сложилось, — шепчет сладкий голосок на периферии сознания. — Ты не виноват в том, что контролировать не способен.
Трандуил криво ухмыляется от пробежавшей по телу волны ненависти и презрения к самому себе. Жалок, до чего же жалок. Он и не думал, что когда-нибудь опустится так низко… Оправдывать невзвешенные, опрометчивые и откровенно идиотские решения, которые, быть может, станут концом всему, тем, что он не в состоянии справиться с собой, словно неуравновешенное дитя? Мерзость да и только.
Трандуил знал, что на тот момент был в сознании, совершенно, до болезненного нормален и абсолютно точно воспринимал происходящее. Случившееся же — результат обыкновенной несдержанности, гордыни, эгоизма и, быть может, упрямства. Отчаяния, возможно.
Ему хотелось слишком много и сразу. Хотелось понять, наконец, что происходящее — реальность, а не проклятый затянувшийся кошмар, что рассеется с рассветом. Хотелось почувствовать, принять, испытать на себе в полной мере. Ощутить себя живым, понять, что находится на своем месте, там, где должен быть.
И именно поэтому, кристально четко осознавая, что творит, Трандуил сбежал из этого Эру забытого Леса, собрав тех немногих, кому был способен довериться, сделав самое неразумное, ветреное, беспечное, легкомысленное и поистине безумное, на что только ума хватило: бросился искать чудом уцелевших в Войне Гнева и Нирнаэт Арноэдиад змеев.
Он знал, что таковые еще были, знал по случайным слухам, будто те обитали в горах к северу от их собственного Леса и Увядшей пустоши, и знал, подслушав украдкой разговоры отца с советниками, которые велись последнее десятилетие, что не далек тот день, когда и Эрин Гален придется обороняться от тварей Мелькора, не случись чего.
Никто не был точно в том уверен; в конце концов их юное, диковатое царство не могло похвастаться ни обилием золота, столь драконами любимого, ни иных драгоценностей вообще. Но игнорировать потенциальную угрозу было бы непозволительной беспечностью, а Трандуил чересчур хорошо знал собственного отца, чтобы иметь полное основание полагать, что тот сделает все, ради устранения малейшего шанса на падение и разорение и этого королевства.
Все же никто из них не был готов вновь лишиться дома, пусть все еще не слишком любимого, но успевшего стать сердцу дорогим. Трандуил и сам не был до конца уверен, как относиться к Зеленолесью, порой в черной ярости шипя сквозь зубы слова ненависти и брезгливости и к Лесу, и к его дикому, взбалмошному народцу.
Королевство Эрин Гален не было Дориатом. Трандуил, по правде сказать, и не знал, можно ли этот лесок назвать полноценным королевством; сравнение же с Дориатом до сих пор приносило лишь тянущую боль сердцу и глухую тоску. Привязываться к месту — страшнейшая ошибка из всех возможных, в чем ему пришлось убедиться на собственном опыте.
Зеленый лес не был похож на Дориат ни в чем совершенно. И это, наверное, все же было в какой-то степени правильно. Трандуил знал, что не перенес бы, будь оно иначе. В конце концов он предпочитал создание новых воспоминаний тщетным попыткам цепляться за старые. Или желал думать так.