Грейс сидела, глядя на дочку, но не пытаясь встать, вероятно, у неё просто не осталось сил, Борис пошевелился, сжал ладонями голову. Гудело там наверняка как в адском котле.
— Не бойтесь, — сказал я. Не знаю, слышали они или ещё нет. — Это наши подошли.
— Откуда ты знаешь? — прохрипел Борис.
— Ну не королевский же флот прислал мне на выручку боевой истребитель первого класса.
Борис смотрел на меня как на чокнутого, только что пальцем у виска не крутил, должно быть не так сильно его и контузило. Я хотел выложить ему всё как есть, поскольку скрывать что-то уже не имело смысла, но потом огляделся и отложил откровения на ближайшее будущее. Обстановка не располагала к серьёзной беседе, да и бешеный десант уже мчался к нам, круша тяжёлой обувью то, что не доломал взрыв.
— Всё нормально, — сказал я. — И мы все в порядке, и дом застрахован, если тебя волновал этот момент.
— Ты ненормальный! — простонал он и окончательно рухнул мордой в пыль.
Ничего страшного, в такой момент не стыдно испытывать сильные эмоции. Я легко его простил.
Слышал я плохо, хотя видел нормально. Грейс и Мышь дышали, да и вампир, полагаю, оказал бы помощь, явись в ней подлинная нужда. Всё же не таким плохим он был человеком. В горле невыносимо першило, а откашляться я никак не мог, словно мышцы, которые отвечают за эту процедуру, временно отказались работать.
Джерри хохотал и всё поглаживал Мышь по голове, стремясь, должно быть, доказать ей, что ничего серьёзного не происходит: так собрались ребята поиграть, но немного увлеклись и сломали больше полезных вещей, чем намеревались сначала, а потом в комнату, которую я не узнавал из-за произошедших в ней многочисленных изменений, ввалилась команда в боевой броне, шлемах, с оружием. Я не успел испугаться, как меня подхватили и понесли, Грейс тоже оказалась на руках одного из бойцов, который, судя по тому как легко он управлялся с ношей, или был вампиром, или пользовался экзоскелетом.
Джеральда оберегали особенно ревностно. Чувствовалось, что эти парни на многое готовы ради своего командира. Не представляю даже как я уловил этот настрой сквозь броню.
Снаружи, смяв в лепёшку остатки сада, торчал огромный космический корабль, я никогда и не видел таких, да и рассмотреть толком не успел, как и вяло полыхающие вокруг многочисленные обломки, потому что нас мгновенно переместили на борт, уложили в специальные кресла.
У меня создалось впечатление, что атаковала усадьбу целая армия и, хотя по моим представлениям Джерри преувеличил возможности своего дома, сейчас, разглядев последствия, я сообразил, что защита была хороша, это противник пошёл ва-банк. Невозможно в мирное время предвидеть возможность нападения тяжёлой боевой техники на респектабельное предместье, вот нам и досталось. Стены и перекрытия, впрочем, устояли и в этом аду.
Момент старта показался мучительным, я ещё подумал, почему они не включат противоперегрузочную компенсацию, а потом сообразил, что, возможно, её и задействовали, только она не тянула против вампирьей навигации. Им ведь тяжесть не мешала.
Пыль из лёгких смог откашлять, лишь когда вышли на орбиту. Я никогда не покидал родную планету, но сейчас не испытывал волнения по поводу первого старта. Хотелось дойти до какой-то ясности и элементарно отдохнуть, а не восхищаться тем, что бесплатно угодил в дорогое путешествие.
Эсминец, как его называл Джерри недолго нас куда-то вёз, а потом те же ребята в боевых скафандрах перенесли, не слушая возражений и просьб поставить на ноги, на борт большого корабля.
Чувствовалось, что он велик. Помещение, в котором мы оказались, наполняли люди уже без скафандров, точнее это были вампиры. Сообразив, что никогда не видел за раз такого количества бессмертных, я поначалу оробел. Странная это оказалась компания. Быстрые, чёткие и при этом ощутимо приветливые, они неслышно перемещались, не выделяли нас в отдельный вид и в то же время держали небольшую, но дистанцию. Не знаю, как у них получалось делать всё одновременно, но схватив Грейс в охапку я почти сразу понял бессмысленность собственнического движения.
Те, что были в скафандрах, наконец предоставили нам право пользоваться собственными ногами и почти сразу вообще исчезли из поля зрения, а экипаж между тем радостно встречал своего адмирала.
Преданность этих вампиров не могла не тронуть, и, хотя выражалась сдержанно, дышала неподдельной искренностью. Джеральд выглядел откровенно счастливым. Оставшаяся за спиной обезображенная усадьба, казалось, вообще не занимала его мыслей. Он здоровался сердечно почти с каждым, перебрасывался с подчинёнными быстрыми фразами, улыбался, не показывая клыки, и я ещё понадеялся, что боль наконец его оставила, подарив двойную победу.
