— Это, я думаю, будет вообще убийственно.
— Подходящая ремарка, не находишь?
Мэрилин на это фыркнула. Я не стал надевать кобуру. Мы просто съели свой ужин и потом смотрели телевизор в гостиной, пока домой не вернулись дети. Они прибыли на десять минут раньше, в идеальном состоянии. Девочки привели своих спутников в фойе, и я услышал, как одна из них отметила:
— Не волнуйся! Папочка не такой!
Если они рассчитывали на поцелуй на ночь, то их ждало разочарование. Молодые люди увидели нас с Мэрилин, которые улыбались и махали, сидя в гостиной, и умчались, как будто у них в задницах были реактивные двигатели! Холли и Молли в бешенстве закричали и затопали в свою комнату.
— НЕНАВИЖУ ВАС!
— ВЫ ВСЕ ИСПОРТИЛИ! — донеслось по коридору.
Их мать вздохнула и поднялась.
— Лучше пойду, поговорю с ними.
— Они переживут, — сказал ей я.
— Ты настоящий злюка.
— Тебе стоит посмотреть, как я отрываю мухам крылья.
Кампания развернулась примерно так, как я и думал. Около половины кандидатов отвалилось еще даже до начала праймериз, когда их исследовательские комитеты начали вести подсчеты и выяснили, что на дальнем горизонте денег не видать. Осталось около полдюжины, но считались только двое – Буш и МакКейн, и оба варианта меня не особо радовали. Я знал, что Буш обернется катастрофой, но увидев, чего намешал МакКейн в своей кампании в 2008-м еще на первой жизни, на его счет оптимистичен я тоже не был.
Буш отделал МакКейна в Айове, но затем МакКейн победил в Нью-Хэмпшире. После этого практически все остальные выбыли из гонки, хоть и оставалась парочка, кто все еще участвовал в праймериз просто потому, что их имена уже были указаны на бюллетенях. Хотя после Южной Каролины все начало оборачиваться против МакКейна. Буш начал вести очень грязную и негативную кампанию, намекающую, что МакКейн зачал ребенка с черной проституткой. Карл Роув, руководитель кампании Буша, поклялся на всем, чем можно, что он не причастен к этому, но ему никто не поверил.
В Великий Вторник все было кончено. Седьмого марта 2000-го года прошло тринадцать Республиканских праймериз, и Буш победил везде, кроме парочки мелких штатов на северо-западе. Это стало последним гвоздем в крышку гроба МакКейна. Собрание было намечено на конец июля в Филадельфии, но уже к концу марта журналисты и политики активно обсуждали то, кого бы Буш выдвинул на пост вице-президента.
Дик Чейни, давнишний влиятельный Республиканец, был назначен главным в поиске кандидата на пост вице-президента у Джорджа Буша в конце апреля. Чейни практически всегда был в Вашингтоне, еще с тех пор, как был интерном у Дика Никсона. Он годами был конгрессменом от Вайоминга, и однажды был на моем месте, будучи организатором Республиканцев. Потом он работал на Джорджа Буша (умного Буша) в качестве министра обороны. С тех пор он был вдали от всеобщего внимания и управлял компанией «Халлибертон» в Далласе. Он также был самой лицемерной кандидатурой из всех возможных на пост вице-президента. После множества обсуждений и прилежного поиска он нашел идеального кандидата – себя самого! Я прямо не мог дождаться того, чтобы снова «удивиться» этому.
Ну, на самом деле я действительно удивился, когда на ужине с Джорджем Уиллом, его женой Мари и Мэрилин, Джордж отметил:
— Я как-то слышал, что ты был в списке кандидатов на пост вице-президента.
Я на секунду уставился на него, прежде чем ответить.
— Думаю, тебе стоит проверить свои источники. Если я в списке, то это наверняка потому, что у зубной феи возник конфликт интересов.
Мэрилин с любопытством взглянула на нас:
— Ты рассматривался на пост вице-президента? И когда ты собирался рассказать мне?
Я приподнял бровь и ответил:
— Как только кто-нибудь сообщил бы. Я думаю, что наш друг просто пытается меня заинтересовать, и посмотреть, проглочу ли я наживку.
— Конгрессмен Бакмэн, как вы могли такое подумать?! — невинно сказал Джордж Уилл. Мари только закатила глаза.
Я указал на него и посмотрел на Мэрилин.
— Угу! Глянь! — и я повернулся обратно к нему и сказал: — Отличная попытка.
— И кто же в списке? — спросила Мэрилин.
Я пожал плечами:
— В предварительном или окончательном? В предварительном списке почти все живые Республиканцы. В окончательном же люди посерьезнее.
Мари добавила:
— По таким меркам, Карл точно в предварительном.
— Итак, господин конгрессмен, каков же ваш ответ? — спросил Джордж.
Я натянул самое серьезное выражение лица, и поправил лацканы, стараясь выглядеть помпезно, и ответил:
— Я собираюсь поддерживать любого из выбранных кандидатов, и помогать им в их кампании в Белый Дом.
— То есть вы не говорите ничего.
— Ты уловил общую суть. Кто же в окончательном списке? — ответил я.
Он пожал плечами.
— Ну, ожидаемые кандидаты. Самый верняк – это МакКейн, просто потому, что он был вторым номером, и это показывает единство партии, но этого не произойдет.
— Почему же нет? — спросила Мэрилин.
