— Потому что он не нужен Бушу, да и в целом они друг друга недолюбливают, — сказал я. Затем, повернувшись обратно к Джорджу, я спросил: — Кто еще? А что насчет Лидди Доула? Это бы хорошо сыграло на женских голосах.
— Это интересная мысль, — мы озвучили еще пару имен, и имя Чейни ни разу не всплыло. Джордж закончил: — Итак, ты не заинтересован?
— В чем? В этой игре? Конечно, эта игра мне нравится. В выборах в вице-президента? Думаю, у зубной феи больше шансов. Черт, да закинь свое имя в шапку! Ты все равно умнее большинства из них!
— Не могу позволить себе так урезать зарплату, — рассмеялся он.
Тем вечером, когда мы вернулись в дом на Тридцатой, Мэрилин спросила меня:
— Он все это серьезно говорил?
Я рассмеялся.
— НЕТ! Он просто пытался на меня нажать, чтобы я сказал что-нибудь, с чем он потом мог бы отправиться за каким-нибудь другим болваном. Он просто пытается раскачать котел и посмотреть, что всплывет.
— Вот как. А ты бы хотел баллотироваться на пост вице-президента?
Я раскрыл рот, чтобы как-нибудь сострить, но затем закрыл его. Это на самом деле был хороший вопрос. Я взглянул на нее и сказал:
— Я не знаю. Даже несмотря на то, что шансы этого даже ниже, чем шансы того, что я попаду в рай. Я не знаю. На посту организатора большинства или любого другого лидера Палаты у меня было бы больше власти, чем в качестве вице-президента. Единственной причиной, по которой бы это имело смысл – это если бы я когда-нибудь хотел баллотироваться в президенты.
— А ты хотел бы?
Меня спасло то, что мы уже въезжали на парковку. Спасен звонком, в данном случае – дверным!
Мы вошли в дом, не закончив наш разговор. Я открыл бутылку, и мы распили ее, обнявшись на диване, но все это время я продолжал думать об этих двух вопросах.
Хотел бы я баллотироваться в президенты? Боже упаси! Провести два года, пожимая руки в Айове и Нью-Хэмпшире? Гонять из одного конца страны в другой, прося денег, и неделями не видеть жену и детей? И всё это для того, чтобы журналисты и следователи подбирались к моей заднице так близко, что я мог бы видеть их улыбающиеся физиономии в зеркале, пока чищу зубы? Я содрогнулся от одной только мысли! Если нужна «неиссякаемая энергия», чтобы баллотироваться в президенты, я мог честно признать, что у меня ее не было.
Хотя вице-президент – это совсем другое дело. Во-первых, для этой позиции не нужно разворачивать такую кампанию, как тому же кандидату в президенты. Нужно всего лишь быть в режиме кампании летом и осенью, может, всего четыре месяца. И после этого ты либо проигрываешь и идешь домой, либо ты выигрываешь, и впадаешь в спячку до тех пор, пока президент не умрет. В моем случае, как конгрессмену, мне нужно было провести две кампании, одну на пост вице-президента, и другую на пост представителя Девятого Округа Мэриленда. Похоже, что кандидат от Демократов на мое место был таким же мягкотелым, как и некоторые из его предшественников, так что у меня были все основания думать, что я выиграю. Если бы я проиграл в гонке за место вице-президента, у меня все еще осталось бы мое место. Если бы я победил, то были бы проведены особые выборы, чтобы меня заменить. Это одна из причин, почему номинанты в президенты частенько просят сенаторов стать вице-президентами: если они выберут кого-нибудь, кто не готовится переизбираться, поражение не значит, что он останется без работы.
Одна из лучших причин стать вице-президентом – это если вы собираетесь стать президентом! Если президент хорош и успешен (Рейган, например), то его вице-президент (тот же Буш) имеет все шансы на успех. Но если президент непопулярен и неудачен (как Джонсон), то эту почву будет тяжело вспахать. Хьюберт Хамфри не смог победить Дика Никсона. И все же это хорошо влияет на узнаваемость. Более чем парочка проигравших кандидатов в вице-президенты затем баллотировались в президенты.
Выбор вице-президента одновременно и искусство, и наука. В какой-то момент нашей истории кандидат в президенты выбрал номинанта, который мог подкрепить его самого. Если старший был северянином, то другой был с юга. Майк Дукакис из Массачусетса выбрал Ллойда Бентсена из Техаса, например (то же самое можно сказать и про Кеннеди и Джонсона, что весьма любопытно). А можно так же выбрать и умеренного (Джордж Буш), чтобы смягчить консервативного (Рейган). Или же выбрать кого-то, кто может за вас заняться важным штатом (например, выбрать калифорнийца Никсона, или тех же Кеннеди с Джонсоном).
В любом случае все это просто теория. На практике же получаются очень странные результаты. Кеннеди и Джонсон только закончили жестокий сезон праймериз, и они друг друга просто ненавидели. Предполагалось, что Кеннеди использовал Джонсона, чтобы получить критично важные голоса из Техаса, но я также слышал, что результаты выборов были подтасованы мэром Дэйли, аппаратом Чикаго и подсчетом голосов усопших.
