Когда я проснулась, Феодора рядом не было. Стало даже немного обидно, но потом я увидела на тарелочке пирожные, посыпанные шоколадной крошкой. Точно постарался Фей. Я улыбнулась, подхватила одно пирожное и проглотила. Мм, как вкусно!
А потом вспомнила о Шарлотте, о вчерашнем вечере. Феодор спас мне жизнь – снова. Если бы не он, Шарлотта убила бы меня, как тех несчастных девушек. Вот теперь мне стало страшно! Я сжалась в комок, стараясь дышать глубже, и даже солнечное утро не радовало.
– Лили? – Фей появился, будто из воздуха. – Что случилось, родная? Тебе не понравились пирожные?
– Глупый. – Я вытерла набежавшие слезы. – Конечно понравились. Они божественны. Просто вчера я так испугалась!
– Все позади. – Жених обнял меня и прижал к себе. Гладил по волосам, шептал нежные глупости, и я постепенно успокаивалась, понимая, что он прав: все позади.
– Шарлотту казнят? – спросила его.
– Я отправил ее в отдаленную провинцию, там Шарлотту посадят под замок. Но ты хорошо ее прокляла, Лили. Заклинание правды… Я такого еще не встречал.
– Это от испуга, – призналась я. – Знаешь, она написала мне записку от твоего имени, а я и поверила. Глупая…
– Ты просто не ждала беды, – мягко ответил Феодор. – Но не беспокойся, больше никто не пострадает.
– И я этому рада.
Так мы и сидели рядышком, думая каждый о своем, пока в комнату не ворвался Пигги. Он хрюкал и кружил у кровати, пока я не подхватила его на руки.
– Вот видишь, Пигги, один раз пошла гулять без тебя и чуть не погибла! – сказала питомцу.
Поросенок будто понимал. Он что-то возмущенно хрюкал, и лишь почесывание по шейке его успокоило.
– Что ж, раз ты так хочешь прогуляться… – прищурился Фей, словно кот. – Приглашаю тебя в город. Замаскируемся, как в прошлый раз, и сходим на театральную площадь. Как тебе идея?
– Я согласна, – ответила поспешно. – Только дай время подготовиться.
– Конечно, любовь моя.
Фей нежно коснулся поцелуем моего лба и пошел собираться, а мои фрейлины засуетились вокруг, охая и ахая. Я отослала их прочь, умылась, надела темно-зеленое платье, которое, конечно, было слишком изысканным для простой горожанки, но не делало меня похожей на принцессу. Пигги так и возился рядом, но поросенка решила не брать. Слишком явная примета. Когда за мной зашел Феодор, я была полностью готова, а от вчерашних приключений осталась лишь легкая слабость.
– Идем? – улыбнулся мой король, и я уверенно вложила ладонь в его руку.
Мы выбрались из дворцового парка через ту же калиточку, что и в прошлый раз. На улицах столицы было шумно и многолюдно. Жители наслаждались последними весенними деньками – совсем скоро наступит лето, придет жара, а сейчас тепло и солнечно. Я краем уха слышала, что Даремил пытался спровоцировать в столице волнения. Они тоже закончились, как короткий весенний дождик. Даже лужиц не осталось.
На этот раз Фей лишь немного изменил цвет волос и глаз с помощью иллюзии, а меня без очков мало кто видел, так что скрываться не стала. Мы шли, держась за руки, и обсуждали подготовку к свадьбе, будто вчера ничего и не случилось.
– Обязательно закажем белые розы, – говорил Феодор, будто это было самым важным вопросом дня.
– Нет, розовые, – спорила я. – Все белое – это скучно.
– Зато традиционно.
– Когда это мы с тобой стали приверженцами традиций?
Фей лишь улыбался в ответ, а я восхищалась его улыбкой и чувствовала себя спокойно после всех бурь и тревог.
Оказалось, что театральная площадь не зря носит свое имя. Главным ее украшением было старинное здание театра – белоснежное, как сны, с мраморными ступенями, вдоль которых стояли знакомые статуи, похожие на те, у королевского фонтана.
– Покровительницы искусств? – решила уточнить у Феодора.
– Они самые, – ответил король. – А это – Большой королевский театр. Здесь проходят самые главные премьеры сезона. Осенью мы обязательно придем сюда на спектакль.
Я захлопала в ладоши – идея показалась мне замечательной. А Фей улыбнулся. И тут я вспомнила кое о чем…
– Фей, – взглянула на него грозно.
– Что? – Король на миг даже испугался, готова поклясться!
– Ты мне так ни разу и не спел!
Феодор снова заулыбался.
– Я давно не пою, – попытался отделаться малой кровью.
– И все-таки! Неужели я не заслуживаю одной-единственной песни?
– Ты заслуживаешь миллиона, – признал мой король. – Что ж, ладно. Только спасать нас от моих поклонниц будешь ты.
Феодор провел рукой в воздухе, и будто из тьмы соткалась гитара. Я восхищенно вздохнула. Вот это волшебство! А мой жених уже прижал инструмент к груди – даже ревность кольнула, так любовно он ее касался.
– Что, прямо здесь? – спросила я.
– Зачем откладывать? – ответил Феодор и коснулся струн.
А я забыла, как дышать, настолько нежными были их переливы. Стоило Фею запеть, как мое глупое сердце застучало часто-часто, а на глазах выступили слезы. Разве может быть столько талантов в одном мужчине? Это невероятно!
А Фей пел и пел. Вокруг нас собирались люди. Многие плакали. Были и те, кто светло улыбался, будто среди зимы грело солнце. Волшебство, да и только.
