Увы, песня закончилась. На несколько мгновений повисла такая тишина, словно на площади остался один Фей. А потом восторженная толпа пожелала облобызать руки своего короля…
Вот тут-то я и поняла, почему придется нас спасать. Если мужчины вели себя сдержанно, то девушки кидались к Феодору, кричали, умоляли спеть еще, признавались в любви.
– Бежим! – скомандовал Фей, и мы полетели по улицам столицы.
Платье откровенно мешало. Я подхватила подол, и мы смогли побежать быстрее, ввалились в парковую калиточку и только тогда перевели дух. Оба смеялись, как ненормальные.
– У тебя столько поклонниц! Я просто в ужасе! – говорила я сквозь смех.
– Поверь, это еще не все, – ответил Феодор. – Привыкай, их никакая охрана не берет.
– А тебе небось и в радость?
И мы снова рассмеялись, чувствуя, будто вырастают крылья. Когда за спиной раздалось вежливое покашливание, мы поначалу не обратили на него внимания. Кто-то закашлял сильнее. Только тогда мы обернулись. И я поняла, что онемела от изумления, потому что передо мной стояли родители: живой и здоровый отец, а с ним – цветущая и прекрасная мама. Только о-о-очень злая.
– Добрый день. – Фей еще не оценил своего счастья. – С кем имею честь?
Мама посмотрела на него свысока, это учитывая, что была ниже на полголовы, и сказала:
– Так вот ты какой, мой будущий зятек.
Мне показалось или Феодор при этих словах побледнел?
– Здравствуй, доченька. – Матушка, видимо, решила дать Фею прийти в себя и крепко прижала меня к груди, да так, что я едва не задохнулась. – Что же ты не написала, что поехала в Леонсу? Я бы составила тебе компанию.
И так взглянула на Феодора, что я бы на его месте отказалась от свадьбы и бежала в любую из соседних стран.
– Ты не отвечала на письма, – сказала я. – Пришлось ехать одной.
И покосилась на Фея, а тот, кажется, опомнился от свалившегося на него счастья, потому что склонил голову и сказал:
– Ваше величество Фернанд, ваше величество Вильгельмина, рад приветствовать вас в Леонсе.
– Взгляни, Ферди. – Матушка обернулась к отцу. – Он еще и трепыхается.
Папа не вмешивался. Видимо, сделал выводы из размолвки сроком на шесть лет. Очень хотелось спросить, где он пропадал так долго, но, может, при Феодоре не стоило?
– Простите, я не совсем понял…
А я-то думала, Фея закалило общение со мной. И предупреждала ведь, что матушка куда опаснее.
– А что тут понимать? – Вильгельмина уперла кулаки в бока. – Ты обидел мою девочку. Заставил согласиться на свадьбу. Думаешь, меня устроит, что моя дочь выходит замуж вот так, по старому договору? Нет, я требую немедленно его расторгнуть!
– Мина… – попытался вмешаться отец.
– Я уже тридцать девять лет как Мина, – вспыхнула матушка. – Что ты стоишь, Ферди? Мы с тобой зря летели сюда быстрее ветра? Наши вещи и то через несколько дней прибудут. Кстати, а кто вам разрешал, ваше величество, порочить имя моей девочки?
– Я не… – попытался вставить Феодор.
– Что-то не вижу сопровождения. Где фрейлины? Где ваши придворные?
– Во дворце, – призналась я. – Мы с Феем решили погулять вдвоем.
– Хм… – Матушка задумчиво уставилась на меня. – Ладно, спасибо за теплый прием, ваше величество, но для начала я желала бы поговорить с дочерью.
– Конечно, для вас приготовят комнаты, – пообещал Феодор, а сам разве что не осенил себя защитным знамением.
Я только усмехнулась. Наше с ним общение было цветочками, а вот и ягодки подоспели.
– Увидимся за ужином, – шепнула жениху и повела родителей в свои комнаты, пока тот отдавал распоряжения, где разместить гостей.
Появление моих родителей произвело среди фрейлин настоящий ажиотаж! Они засуетились, забегали, делая вид, что чем-то заняты. Вот притворщицы! Я только посмеивалась, наслаждаясь тем, что родители снова рядом. И немного обижалась, что уж там… Все-таки мне очень нужна была их поддержка, но они где-то пропадали, позабыв обо мне. Маме под ноги бросился Пигги.
– Это еще что такое? – изумленно спросила она.
– Мне кажется, это свинья, дорогая, – пояснил отец.
– Пигги, мой питомец, – поспешила представить я.
– Милый свин, – хмыкнула королева и прошла за мной в гостиную.
Кстати, за шесть лет мама совсем не изменилась. Конечно, странные парики она не носила – у нее были шикарные темные косы. Зато очки присутствовали. Помнится, отец когда-то предлагал ей обратиться к целителям и улучшить зрение, но матушка отказалась. Мол, очки придают ей особое очарование.
Я не могла до конца поверить, что приехали мои родители. Разглядывала то отца в походном черном мундире, то матушку в бледно-зеленом платье. А вот королева Вильгельмина ждать не желала.
– Рассказывай! – потребовала она.
– Сначала вы, – заартачилась я. – Папа, мы думали, с тобой что-то случилось. Где ты пропадал?
– Ну… – Король любовно поглядел на жену. – Я в очередной раз поехал мириться к Вильгельмине. Она, естественно, не пустила меня на порог, а неподалеку от ее замка на меня напал бешеный волк. Схватка была жестокой! Мина почувствовала мою магию и пришла на помощь, позвала целителей, выходила меня. Месяц я выздоравливал, а потом…
