Припарковавшись на школьной стоянке, Шистад глушит мотор, смотрит на меня пару секунд. Я ожидаю, что он что-то скажет, однако его глаза быстро переключаются на окно за моей спиной. Момент оказывается упущен. Мы выходим из автомобиля и почти сразу сталкиваемся с Эмили и Элиотом. Я обнимаю подругу, немного удивленная её появлением, и кивком здороваюсь с её братом. Крис бросает саркастичное приветствие Эмили и подмигивает. Я наблюдаю за этим с непроницаемым выражением лица.
— Привет, красотка, — произносит Элиот, улыбнувшись мне. Я смотрю на парня и закатываю глаза от одного только вида его многозначительной улыбки.
В воздухе повисает неловкость, которую ощущаю лишь я в силу замешательства. Затем оба парня удаляются, сославшись на начало урока, и мы тоже уходим.
— Заметила засосы Криса? — спрашивает Эмили и тут же слабо краснеет, затем рукой убирает с лица надоедливую кудрявую прядь и смотрит на меня.
Я рассеянно киваю: не знаю, что ответить. В этот момент звенит звонок — мы ускоряемся, спеша в класс.
***
Понедельник тянется бесконечно долго, и я слишком взвинчена, чтобы думать об уроках. Погружённая в свои собственные мысли, я почти не слушаю Эмили. К тому же, кожа на шее и ключице саднит из-за кровоподтёков, и я постоянно потираю горло, что вызывает интерес у Флоренси.
— Что с тобой? — шепчет она, когда мы сидим за одной партой на норвежском.
— Ничего, — вру я, но мой голос звучит неубедительно. Эмили поворачивается, рассматривая меня пристальным взглядом. — Как дела с твоим парнем? — я тут же перевожу тему, и девушка заливается румянцем, прикусывая губу.
— Я хотела с тобой кое о чём поговорить, — признаётся она, заправляя прядь, которая всё время лезет ей в глаза, за ухо, — но только не здесь. Может, ты могла бы остаться у меня с ночёвкой?
— Мы можем побыть у меня: мать с Томасом уехали, — делаю встречное предложение, но Флоренси качает головой, отказываясь.
— Не хочу оставаться с Крисом.
Я издаю тихий смешок, удивившись её реакции, и пожимаю в согласии плечами. Тем более, мне нужно побыть вдали от Шистада и его дурманящих касаний, чтобы обдумать произошедшее на выходных. Возможно, я смогу получить несколько советов от Эмили, если достаточно хорошо завуалирую вопросы. Кроме того, девушка, видимо, хочет приоткрыть завесу тайны, поделившись подробностями своих отношений, что не может не радовать. Мне нравится мысль о том, что мы проведём вместе несколько часов с Флоренси, учитывая, что после каникул мы виделись только в школе и никак не могли поговорить о том, что происходит в последнее время.
— Мне нужно будет зайти за вещами.
— Хорошо, — произносит Эмили. Я хочу ответить ей, но в этот момент учитель делает замечание. Мы замолкаем.
***
Во время обеденного перерыва мы с Эмили идём в кафетерий, потому что я не успела позавтракать утром. Мы садимся за свободный столик, что невдалеке от витрины с различными пирожными, и через несколько минут входят Крис и Элиот. Увидев нас, парни присаживаются рядом.
— Как дела? — интересуется Шистад, не обращаясь к кому-то конкретному. Он занимает место рядом со мной. Его колено касается моего, и я мгновенно улавливаю запах, исходящий от его одежды. Никотин и кофе.
— Ты что-нибудь будешь? — не дождавшись ответа, спрашивает Крис, глядя на Элиота. Тот абстрактно пожимает плечами и просит кофе. Шистад отходит, чтобы взять напиток.
За столом повисает напряжённое, полное неловкости молчание. Эмили вяло ковыряет свой вишнёвый йогурт, а я мелкими глотками опустошаю кружку с зелёным чаем, пахнущим мятой, пока другой рукой отщипываю кусочки круассана, отчего ошмётки слоёного теста покрывают значительную часть стола.
— Ты чего такая грустная, красотка? — толкнув мою лодыжку под столом, говорит Элиот.
Его серёжка с крестом раскачивается из стороны в сторону. Он смотрит на меня с кривоватой однобокой улыбкой, и, взглянув на него, я замечаю: его бледное лицо осунулось, кожа натянулась и выглядит настолько тонкой, что у глаз синеют ниточки вен. Он выглядит уставшим и вымотанным, будто не спал несколько ночей, и я невольно думаю: употребляет ли Элиот наркотики?
Эмили смущённо краснеет из-за поведения брата и одним движением убирает кудрявую прядь за ухо. Я чувствую себя невероятно глупо и решаю, что молчание — лучшее решение в данной ситуации.
Раздается тихий звон уведомления. Телефон, лежащий рядом с Эмили, загорается, оповещая о новом сообщении. Элиот тут же поворачивается и глядит на сестру, которая за долю секунды смахивает уведомление и прячет гаджет в карман своих брюк.
— Кто это? — его голос звучит резко и грубо; нет ни намёка на усмешку, с которой он только что говорил со мной.
— Никто, — тихо произносит Эмили. Я мгновенно вспыхиваю, потому что Элиот не имеет права лезть в её жизнь.
