—На самом деле, это неправда,— философски заключаю я. —Например, шоколад вызывает в головном мозге такое же чувство эйфории, как и оргазм. Так что, технически, я бы ничего не лишила себя, если бы действительно существовал такой выбор. Тем более, удовлетворение от еды получается чаще, чем удовлетворение от секса.
—Ага, считаешь себя самой умной,— криво усмехается Крис. —И, эй, только не говори, что последняя фраза— камень в мой огород. Я знаю, что ты кончаешь каждый раз.
—Может, я притворяюсь? —хмыкаю я, раззадоривая парня из вредности и желания пошатнуть его уверенность.
—Не льсти себе, ты ужасная актриса,— замечает он, но всё же не поддается на уловки. —Твое тело говорит за тебя, Е-е-ева.
—Да, да, это ты не льсти себе,— парирую я,— не так уж ты и хорош. Бывало и лучше!
—Ты сейчас либо хочешь меня обидеть, либо бросить вызов. Раз уж я парень необидчивый, то, значит, это всё-таки вызов. И я приму его.
Рука Шистада выпутывается из моих пальцев и ложится на бедро, жёстко сжимая кожу сквозь ткань чёрных джинсов.
—Эй,— пищу я,— сначала фильм!
—Ну, конечно,— злорадно хмыкает Шистад.
***
—А как же фильм? —издевательски напоминает Шистад, на мгновение оторвавшись от моих губ.
Его ладонь стискивает талию, и я почти уверена, что через несколько часов появятся следы. Он плотно прижимает меня к входной двери, просунув колено между ног и слегка надавив. Я мычу, потянувшись за новым поцелуем, и слабо прикусываю нижнюю губу, ощутив яркий кофейный вкус. В одежде жарко и тесно, но почти не могу шевелиться, зажатая между парнем и твёрдой поверхностью двери; ручка неудобно впивается в позвоночник. Тело горит и плавится под прохладными пальцами Криса. Его руки смещаются на ягодицы, и я, обхватив его ногами, стаскиваю пуховик с широких плеч. Шистад вновь целует меня, проникая влажным языком в рот и толкаясь в нёбо, и скользящее движение внутри распаляет огонь, внизу начинает тянуть, затянувшийся узел требует разрядки. Я давлю на плечи парня, хватаясь пальцами за толстую ткань толстовки, и отчаянно желаю оказаться ближе, слиться с ним воедино.
—Что ты хочешь посмотреть? —хрипло спрашивает он, смещаясь губами на линию подбородка, и я чувственно прикусываю натянутую кожу челюсти.
От его сбившегося дыхания и низкого голоса по телу бегут мурашки. Я делаю несколько резких движений и начинаю тереться сквозь одежду о член. Плотный шов джинсов впивается между ног, надавливая на самые чувствительные точки. Не выдержав, издаю громкий стон, и Шистад слизывает этот звук с моих губ.
Одна его рука поддерживает меня за ягодицы, а другая проникает под ткань свитера, опаляя разгоряченную кожу, доводя до точки кипения. Прохладная ладонь почти мгновенно нагревается при контакте с моим телом и становится влажной. Указательный палец отодвигает чашечку лифчика и касается чувствительного, напряжённого соска. По телу бежит рябь, рассекая время на до и после. Я стискиваю его предплечья и впиваюсь ногтями в плотную ткань от переизбытка эмоций, но этого всё равно мало.
—Хочу… —сбивчиво, с придыханием шепчу,— тебя… Сейчас…
Крис снова целует меня, с влажным звуком проникая в рот— теперь его вкус смешивается с моим собственным, и становится почти невозможным различить их. Обняв меня за спину, Шистад делает несколько шагов по направлению в гостиную и затем мягко плюхает моё взвинченное тело на диван. От потери контакта тут же становится холодно. Тело ноет и требует разрядки, напряжённые окончания стонут от сладкой боли и предвкушения. Крис подцепляет двумя пальцами кофту и стягивает её вместе с футболкой. Открывшийся вид на напряжённые вены рук и подтянутый живот заставляют меня с силой прикусить губу. Я сижу на диване, подняв глаза на парня. Между ног жарко пульсирует, зуд на кончиках пальцев умоляет прикоснуться к обнаженному телу.
—Так, что насчёт фильма? —издевается Крис, разглядывая меня с высоты собственного роста. Смущение и желание затапливают существо от его возбужденного взгляда. Расширенные зрачки жарко бегают по телу, отчего кожа мгновенно покрывается мурашками, а нижнее бельё почти насквозь пропитывается смазкой.
Его руки упираются по обе стороны моей головы в спинку дивана, лицо угрожающе-сладко нависает над моим. Горячее кофейное дыхание, сияющие ореховые глаза и волнующая близость посылают очередной разряд вниз, и я непроизвольно прогибаюсь, касаясь свитером его обнаженной груди. Шистад усмехается, наклоняется ещё ниже, задевая мой рот губами, но не целуя, а втягивая мое дыхание.
—Давай избавимся от этого,— предлагает он и, не дожидаясь согласия, дёргает мой свитер вверх, и чувствительная кожа от скольжения одежды покрывается мурашками.
Я быстро выпутываюсь из ненужной ткани, подаюсь вперед. Мы сталкиваемся носами. Крис издаёт тихий смешок и сжимает мою талию, скользкие от пота пальцы медленно движутся вниз, проникая за пояс джинсов. Я приоткрываю рот, чтобы сказать что-то, но мужская ладонь касается разгорячённой кожи, и вместо слов с языка срывается стон. Крис проглатывает его и шепчет:
—Сделай так ещё раз.
