— У них нет зацепок, кроме таинственной личности госпожи Ю. Я редко покидаю орден просто так. В некотором смысле, мои сила и статус сделали меня мишенью.
Янмэй откусила кусочек мяса и чуть не выплюнула его из-за ядреного слоя перца.
— Островато. Не желаете?
— Некоторое время мое тело поддержит духовная энергия. Вам еда нужнее.
Мэй уныло подумала, что если она доест кусок на голодный желудок, то заработает язву, и со вздохом убрала его обратно.
— Нет аппетита.
Шэн Юэлин сдвинул рукав и взглянул на часы, которые она ему отдала.
— Отдохнем половину оборота длинной стрелки.
— Полчаса? Долго. Давайте четверть.
Он согласился.
Янмэй виновато поерзала. Наверняка, стоило рассказать ему о голосе в голове. Но она очень боялась, что узнав о том, как Фэй Шань Ди, Проклятый Император, нашептывает ей всякие непотребства на ушко, Шэн Юэлин прирежет ее по-тихому и прикопает под неприметным кустом.
— Может, мы все же пролетим какую-то часть пути? — предложила она. — Иначе придется ночевать под звездами.
Шэн Юэлин поднялся и закинул за спину мешок.
— Звезды в это время года особенно красивы.
Она хмыкнула и приняла поданную руку.
Им повезло: не успело солнце упасть за горизонт, они наткнулись на деревеньку, где успешно напросились на ночлег за небольшую плату, а утром удобно устроились в повозке с сеном, резво катившейся на юго-восток.
В следующем городе их поджидал неприятный сюрприз: заставы и досмотры, организованные Императором. Бумагу, выданную пограничниками в Шанхэ, Шэн Юэлин раздраженно разорвал еще в гостинице.
Янмэй подмывало спросить, почему они тогда остановились в «Пурпурном лотосе», а не, по словам Цзинлуна, в привычной для Бай Ю «Белой лилии», но тогда пришлось бы раскрыть свое знакомство с заклинателем.
Шэн Юэлин с сожалением слез с повозки и поддержал Мэй, пока она твердо не встала на землю. Вместо прежней специальной вуали ее лицо по-простому скрывал туго повязанный кусок ткани, в котором было душновато.
— Такое раньше бывало? — поинтересовалась она, имея в виду досмотры.
— Иногда, — рассеянно отозвался заклинатель. — При побегах, угрозе войны, серьезных преступлениях.
Он неожиданно приблизился и, не таясь, понюхал волосы Янмэй.
— Не слышала о подобном обычае, — растерялась та.
— Запах гибискуса, — шепнул он. — Думал, от вас. Рядом демон.
Мэй украдкой оглядела гомонящую толпу простолюдинов, в которой они по-прежнему находились.
Ничего не казалось подозрительным: обычные люди, уставшие от долгой дороги и солнцепека. И вдруг Янмэй застыла.
Красное платье, цветные ленты, длинные блестящие волосы — женщина стояла на расстоянии нескольких шагов, в ничего не замечающей толпе.
Мэй в ужасе вцепилась в Шэн Юэлина, и тот резко развернулся, хватаясь за рукоять Фэн Хуа.
Женщина растворилась в воздухе, словно ее не было.
— Она была здесь, — в панике затараторила Янмэй, хватаясь за его плечи, — прямо передо мной! Я не сошла с ума!
— Тише, — Шэн Юэлин удержал ее за запястья. — Она не сможет напасть неза…
— Разойтись!
К ним направлялись солдаты в черном. Их головы покрывали соломенные шляпы, бросавшие тени на скрытые полумасками лица, в их руках один за другим сгорали бумажные талисманы.
Крестьяне немедленно разбежались в стороны.
— Именем Императора, назовитесь! — приказал один им с Шэн Юэлином.
Заклинатель заслонил спутницу собой, оттягивая время. Очевидно, сражаться было самоубийством. По потрепанной зеленой одежде солдаты уже поняли его принадлежность к Бай Ю Шэн. Оставалось решить, чьим именем назваться.
Янмэй же краем глаза заметила движение и рефлекторно глянула в ту сторону.
Женщина в красном сидела на горе сена в той самой повозке, на которой Мэй и Юэлин только что приехали. Одной рукой она подпирала подбородок, тонкими белыми пальцами второй мяла бумажный талисман. Ее глаза завораживающе мерцали как два крупных сапфира, в каждом светилось по яркой красной искре.
Лоб и тыльную сторону ладони украшали витиеватые символы, они же покрывали длинные заостренные когти.
Женщина широко улыбнулась помертвевшей Янмэй.
И сразу пять сигнальный фейерверков взмыли к тучам.
— Не двигаться! — заорали воины Императора, а в следующий миг Шэн Юэлина и Янмэй накрыло сияющей сетью.
«Дело дрянь», подумала Янмэй, наблюдая, как лицо Шэн Юэлина покидают краски.
После того, как их, словно пойманных в паутину мух, спеленали духовной сетью, закинули в крытые повозки и куда-то повезли, заклинатель подозрительно притих. Янмэй тоже не спешила выяснять отношения, решив понаблюдать за ситуацией.
Их привезли в настолько обезличенное место, что она не опознала бы его среди десятка подобных под угрозой смерти: каменные стены, серые шатры, вытянутые времянки и те же воины в черном.
Мэй втолкнули в комнату одного из домов, неотличимых от остальных, усадили на землю и привязали спиной к несущему столбу. Она на пробу подергала веревку: ее запястья были туго схвачены грубым шнуром.