— Зачем паришься? — спросил Пульхр, присаживаясь рядом. — У нас же дроны есть.
— Не доверяю я всем этим дронам и искусственным мозгам. Всегда в итоге все упрется в простого солдата. Знаешь, что мне Бенуа сказал?
— Что?
— «Звезда Смерти» стоит здесь не больше двух, максимум трех недель. Так что пираты не увозили отсюда людей.
— Да. Выяснилось, что они их сюда привозили.
— Зачем?
— Что едят зомби? — ответил вопросом на вопрос Пульхр.
— Людей… Да ладно!
— Да, похоже, пираты подкармливали зомби.
— Но зачем?
— Чтобы зомби не вымерли с голода.
— А это зачем?
— Да откуда мне знать? Судя по всему, пираты тут часто бывают. Если поблизости появится пиратский корабль, Юсупов его захватит. Вот у них и спросишь.
— А что за руду мы должны достать в шахте?
— Без понятия. Стерн тоже не знает. Знаю только, что ее будет аж двадцать тонн. Осьмий, иридий, палладий, иттрий — какая разница, в любом случае это огромные деньги.
Чехов засопел, принюхиваясь.
— Ты чего, бухаешь чтоли? — спросил он.
— Стандартные оперативные мероприятия. Хочешь? — Пульхр протянул фляжку.
— Нет, спасибо, — с явным неодобрением взглянул на фляжку Чехов. — Ты же знаешь, на работе командир должен есть и пить тоже, что и бойцы. Иначе доверия не будет. Вот закончим работу, угостишь всю бригаду.
— Заметано. Кстати, у тебя в бригаде есть такой боец, зовут Козерогом?
— Ну, есть… Какие-то проблемы с ним?
— Он, говорят, любит истории всякие рассказывать. Вот, хочу послушать.
Чехов трижды стукнул кулаком по железу. Из люка высунулась голова часового.
— Передай дежурному, чтобы нашел Козерога и сказал, что я его зову.
Через несколько минут на палубу выбрался пожилой светловолосый наемник. Глядя на щекастое морщинистое лицо, добродушные водянистые глаза и доверчиво оттопыренные уши, трудно было догадаться, что этот человек — наемный головорез.
Увидав рядом с Чеховым капитана, Козерог растерянно улыбнулся и в глазах его мелькнуло предчувствие неприятностей.
— Садись, Козерог, — Чехов гостеприимно похлопал по железу. — В ногах правды нет.
Козерог сразу расслабился — если бы вызвали для выволочки, пистона или нагоняя (а на флоте это все — разные вещи) то оставили бы стоять.
— Но нет ее и выше, — озорно ответил он, и уселся по-турецки, сложив руки на колени.
— Говорят, ты истории всякие знаешь, — сказал ему Пульхр. — Я хотел бы послушать ту, что ты на днях рассказал доктору Стерн.
Козерог польщенно покраснел, гордый, что его творчество обрело признание на самом верху.
— Которую? — спросил он. — Я много историй знаю! Я такое рассказать могу — закачаешься! То есть закачаетесь. Про механика, которому парашута не досталось? Или как я изображал кабана, когда адмирал Скунцт ходил на охоту? Или как боцман в иллюминаторе застрял?
— Про Пятницу.
Козерог кивнул и начал настраиваться. Он прочистил горло, придал лицу скорбно-правдивое выражение, устремил взор в перспективу чуть повыше левого уха капитана и начал:
— В эту команду я пришел год назад, а до этого служил на каперском корабле «Санитары Космоса». У нас нашивка на плече была особая: три волчьи морды в профиль воют в круге, а по краю круга — звездочки перевернутые. Долго служил, лет пять. И там я закорешился с одним чуваком, у которого позывной был — Пятница. Ну как закорешился… Он так-то ни с кем особо не дружил. Не то чтобы совсем не общался, но близко не сходился и все больше помалкивал. Но мы с ним были соседями, а когда ты спишь на средней полке, а он, как ветеран, сразу под тобой, и у вас один шкафчик на троих — у нас еще третий был, верхнеполочный, Серега Крендель, — то невольно заобщаешься.
Пятница этот был парень со странностями. Но в меру, без переборов. Ну, а кто нынче без странностей? Кофе, например, пил только с лимоном. А чай терпеть не мог, все говорил: веник распаренный. И водку, чудак, разбавлял попалам с водой. Говорил так вкуснее и полезнее. Вкуснее, да… Мол, спирт, он организм обезвоживает, и от этого похмелье случается, а он, значит, таким образом ущерб превентивно предотвращает. Мы с Кренделем поначалу обрадовались, думали, это ж какая экономия по спирту выйдет, но нифига — Пятница этой разбавленной водки выпивал ровно в два раза больше, зараза.
И вот однажды, перебрав слегка своей вкусной и полезной водки, Пятница нам с Кренделем по большому секрету сообщил, что он мол, не из нашей солнечной системы. Типа, инопланетянин. Мы с Кренделем к его словам отнеслись с пониманием. Мало ли как на человека алкоголь действует… У нас в полку, когда я еще в армии служил, тоже был один поручик. Как лишнего перепьет, любил из себя изображать русалку. Разденется, значит, до гола, возьмет селедку, ляжет на пол…
— Не отвлекайся, — велел Пульхр.
— … в общем, инопланетянин и инопланетянин. Все лучше, чем русалка…
Козерог, увлекшись, достал из кармана пачку сигарет, но, перехватив взгляд Чехова, опомнился и хотел пачку убрать обратно.
— Ничего, можешь курить, — разрешил Пульхр.