Он уже настроился на второе очко, однако Кайто в самый последний момент дёрнулся в сторону и пожертвовал ключицей.
– Старайся лучше, мальчишка!
– Ха-ха, а ты любишь играть со смертью! Не дёргайся!
Кураудо пнул его в живот, отбросив назад, и вскинул меч для новой атаки.
Кайто слабел на глазах. Он заметно замедлился, всё чаще совершал однообразные движения и едва успевал отбивать удары. Не стоило также забывать о сломанных костях и кровоточащих ранах.
Тем не менее… Последний самурай твёрдо стоял на ногах и явно не собирался отдавать врагу второе очко.
«Почему?!»
Аясэ ничего не понимала.
«Исход боя очевиден. Почему он не сдаётся? Почему не становится на колени?»
– Хватит… Хватит уже…
Свистнул меч, рассекая кожу.
Пол оросили капли крови Кайто.
– Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!
Окровавленный Кураудо громко хохотал, нанося удар за ударом.
Аяцудзи перешёл в глухую оборону.
Это был уже не поединок, а самое обычное избиение.
Аясэ плакала и за пеленой слёз не видела ни лица Кайто, ни того, в сознании ли он вообще.
«Я должна остановить их. Я должна остановить их. Я должна остановить их… Или он убьёт папу!»
Одежда покраснела от крови отца, в щёку ткнулся его выбитый зуб…
Но тело отказывалось шевелиться. Своим криком Кайто, казалось, выкачал из него все силы.
– Хватит, стой! Прекрати, мы же в додзё! Не бей папу!
Оставалось только кричать.
Однако дуэлянты ничего не слышали.
Один не падал на колени, а другой не прекращал бить его.
– …
Кайто решился на последний приступ: он поднял меч на уровень глаз и понёсся прямо на противника.
– О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!
– !..
Кураудо, вероятно, ощутил какую-то угрозу, но не отступил, а атаковал сам.
Его меч, со свистом рассекая воздух, летел прямо в голову Кайто.
Тот не остановился. Даже клинок не сместил, чтобы хоть как-то защититься.
На первый взгляд казалось, что Последний самурай решил пожертвовать жизнью.
«Эта стойка!»
Аясэ узнала её – стойку для исполнения тайной техники, созданию которой Последний самурай Кайто Аяцудзи посвятил всю свою жизнь.
Она вывела бы его из сложившейся ситуации… если бы не болезнь и раны.
– Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!!!
Кайто получил удар по голове и потерял сознание.
– А…
Второе очко.
Последний самурай упал.
– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Не помня себя от отчаяния, Аясэ подбежала к отцу.
Она звала его, но Кайто не ответил.
Лишь кровь текла у него изо рта.
– Нет, не-е-е-е-ет!
– Э-э, уже всё? Скукотища.
Кураудо швырнул меч в поверженного противника.
Дерево потемнело от крови и потрескалось.
Аясэ взглянула на него и ощутила нестерпимую, неконтролируемую ярость.
«Это он! Он бил им папу!»
– Ах ты ублюдо-о-о-о-о-о-о-о-ок!
В приступе безумного гнева она призвала Хидзумэ и бросилась на Кураудо.
Тот голой рукой отбил клинок и легко поднял Аясэ в воздух.
– Ути, какие мы злые. Засохни. Мне слабаки без надобности.
– Пусти! Пусти меняа-а-а-а-а-а!
– Не о том думаешь, – ухмыльнулся парень и кинул её прямо на Кайто.
– !..
Аясэ тут же пришла в себя.
– Сугавара-сан! Скорую! Звони в скорую! Быстрее!
– С-сейчас!
Опомнившись, Сугавара выскочил из угла и побежал к телефону.
Аясэ тем временем пыталась привести отца в чувства.
Кураудо холодно взглянул на них, развернулся и зашагал к выходу.
– Ты тут больше не живёшь. Собирай вещи, и чтобы завтра вас тут не было, – напоследок сказал он.
Девушка заскрежетала зубами…
В этот момент Кайто застонал.
– П… ро… сти…
– Папа! – Аясэ с надеждой обернулась, но Кайто не пришёл в себя.
Он лежал на полу и едва слышно повторял одно и то же слово.
Два года назад Аясэ потеряла всё.
Додзё отошло Кураудо. Сугавара, Нитта и остальные разбежались. Кайто впал в кому.
Он до сих пор жил в том кошмарном дне и не переставал извиняться.
«Прости», – говорил он ученикам, сердца которых не смог защитить.
«Прости», – говорил он дочери, которую лишил одноклинкового стиля Аяцудзи.
Врачи сказали, что Кайто не доживёт до зимы.
Аясэ давно знала, что отец умрёт от болезни сердца, и готовилась к потере.
Она лишь не хотела, чтобы он до самых последних секунд видел тот кошмарный сон. Не хотела и не могла допустить.
Чтобы вернуть додзё, которое Кайто хранил ценой своей жизни, она постоянно бросала вызов Кураудо.
Всё равно что котёнок нападал на льва.
Сперва Кураудо с огромным наслаждением втаптывал её в грязь на глазах прихвостней, но потом ему надоело, и он перестал пускать Аясэ внутрь.
Оставалось только встретиться с ним на Фестивале искусства меча семи звёзд.
Это был последний шанс Аясэ: во-первых, они с Кураудо заканчивали учёбу, а во-вторых, Кайто доживал последние дни.
Душа её отца рисковала остаться в плену вечного отчаяния.
«Нет, я ни за что этого не допущу. Я одолею всех. Любой ценой».
Цель оправдывает средства.
«Конечно, это неправильно. Но я не имею права на ошибку. Если слабый должен победить сильного, он волен пользоваться всеми доступными средствами».
– Я обязательно верну додзё. Пусть даже на кону будет стоять прощение Куроганэ-куна.
«Тогда я вызволю отца из пучин отчаяния и скажу: «Не нужно больше извиняться».
Аясэ снова промотала в голове события двух последних лет и сжала кулаки.
