Причём, не просто победил, а свёл на нет преимущества знаменитой Зоны невидимости.
Во время той дуэли Бездарный рыцарь не видел Охотника и всё равно схватил его голыми руками.
Его интуиция повергала в трепет.
«Не удивлюсь, если он проанализирует мои действия в обратном порядке и догадается о Кадзэ-но Цумэато».
В обычной ситуации она бы о таком даже не задумалась, но Икки Куроганэ был способен на всё.
«Я должна постоянно держать его в напряжении».
Самым страшным оружием Бездарного рыцаря была железная сила воли.
«Пора заканчивать! Для победы мне хватит одной царапины!»
– Ха-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
«Черт, не попала».
Аясэ так надеялась хотя бы задеть Икки, однако он отразил её натиск, лёгкими движениями кисти поворачивая меч в руке.
«Да уж… Не зря его прозвали Некоронованным королём меча. Так просто его не взять».
Более того, парень умудрился приподняться с колена.
– Ха!
Он исполнил размашистый нисходящий удар. Грубый, некрасивый, но отнюдь не бездумный.
Исогаи ошиблась, Икки задумал не контратаку. Он принял на клинок серию выпадов и сбился с ритма, требовалось отдышаться и восстановиться.
Он рассуждал так: «Либо противник отпрыгнет сам, либо примет удар, и тогда отпрыгну я».
С какой стороны ни посмотри, продуманный, выигрышный ход… который Аясэ полностью просчитала.
«Ага!»
Одноклинковый стиль Аяцудзи строился по схеме: «отражение – контратака», что давало прекрасную возможность обратить удар Икки против него самого.
«В основе стиля Куроганэ-куна быстрые, резкие выпады. Если бы он атаковал меня всерьёз, я бы ни за что не справилась. Но что мне простой нисходящий удар!»
Тем более грубый, размашистый, схожий с ударом молота.
Аясэ была уверена, что сладит с ним.
Она не стала разрывать дистанцию, а подняла Хидзумэ диагонально, напрягла стопы и, отведя Интэцу, сделала шаг навстречу.
Алое лезвие устремилось к беззащитному телу Икки, который по инерции наклонился вперёд.
«Удар!»
Аясэ не сомневалась в собственном успехе.
Однако… ладони ощутили жёсткую отдачу.
«Защитился? Как? Я же отвела его меч в сторону!»
Икки в буквальном смысле держал ответ в руке: он принял удар на рукоять Интэцу.
«Кх!.. Кстати да, Куроганэ-кун славится нестандартными способами защиты – Аясэ цокнула языком. – Насколько же сильно он сосредотачивается в бою…»
Но как долго он сможет так протянуть? Должен же он когда-то оступиться.
– ?!
Сомневающаяся Аясэ взглянула на Икки и обомлела.
От его недавних гнева и растерянности не осталось и следа. Парень был спокоен как удав.
По спине побежал холодок.
«Неужели он специально вынудил меня контратаковать?!»
Аясэ тотчас отскочила далеко назад.
Она надеялась, что Икки начнёт её преследовать, но тот остался на месте.
«Неужели я слишком накрутила себя и напрасно перестраховалась?.. Ладно, всё равно надо начинать атаку заново».
Аяцудзи не хотела затягивать бой, но попытка завершить его в самом начале ни к чему не привела. Надо быть осторожнее и не забывать о ловушках, благо их ещё много…
– Как я рад, – внезапно произнёс Икки.
– Э?
«Чему он рад? Тому, что я отступила?» – не поняла Аясэ.
– Всё-таки я не ошибся в тебе, Аяцудзи-сан, – радостно улыбнулся Икки.
Все мысли разом вылетели из головы.
Юри Орэки, наблюдатель и комментатор матча, обрадованно улыбнулась.
Сегодня утром она, как классный руководитель, позвала Икки и попросила объяснить, откуда на стене академии взялась огромная вмятина.
– Сэнсэй, сегодня вы будете наблюдателем на моём бою. Хочу поставить вас в известность, что мой оппонент будет жульничать.
– Пкхф-ф-ф-ф!
Орэки в этот момент как раз пила из кружки. От неожиданности она поперхнулась так сильно, что из носа потёк кофе пополам с кровью.
