— Рад видеть, кузина. У тебя чудесное местечко. А там, с лошадьми, Арчи Флитт.
Руки у Красотки дрожали.
— Отец, ты любил маму?
— Твоя мать была благочестива.
— Ты любил ее?
— Я любил Бога, дочь.
Красотке всегда казалось, что ее отец — простой человек; она и не догадывалась, чего стоила ему эта простота.
— Полковник Раванель солгал мне. А твой брат, Шадра, из-за этого вранья погиб. Не покаявшись…
У Красотки вспыхнула недобрая мысль: Шадра погиб, потому что хуже стрелял.
— Мертвец есть мертвец, — вымолвил Джоузи.
— И Ретт Батлер солгал.
— Он никогда не лгал. Он просто позволял другим увериться в том, во что им хотелось верить.
— Батлер убил твоего брата и опозорил своих родителей. Чти отца своего и мать свою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе[167].
— Даже сейчас, после всех этих бед… — Ладони Красотки беспомощно раскрылись и сжались. — Ты не можешь простить?
Отец вручил ей сверток.
— Я сделал все, что мог.
Мелани готовила Эшли на день рождения сюрприз — барбекю в Двенадцати Дубах, впервые после того пикника одиннадцать лет назад, когда они объявили о своей помолвке.
Дом Уилксов был почти в полной готовности. Отчистили каминную полку, протерли от пыли зеркало в позолоченной раме, все каминные решетки и плиты чернели, как новенькие, зимние ковры причесали и свернули — посыпав табаком, Порк с Питером отнесли их на чердак.
Глава Общества вдов и сирот Конфедерации, Мелани знала всех героев Джорджии: и генерала Джона Гордона, раненного пять раз под Шарпсбергом, и Роберта Аугустуса Тумса, сенатора и секретаря штата. Даже Александр Стивенс принял приглашение Мелани. Двухтомное юридическое обоснование сецессии вице-президента Стивенса «Конституционный взгляд на последнюю войну между штатами» с гордостью хранили во многих домах Юга (хотя книгой больше гордились, чем читали). Незамужняя сестра Эшли, Индиа, хотела поставить сей монументальный труд рядом с фамильной Библией в гостиной, но Мелани возразила:
— А если кто-то решит поднять политическую тему? Что будет с праздником?
И двухтомник мистера Стивенса остался запертым в книжном шкафу.
Индиа была умелой работницей, но она сбивала негров с толку. Предоставленная самой себе, тетушка Питтипэт хваталась то за одно, то за другое и ничего не доделывала до конца. Только Скарлетт работала без инструкций. И лучше всех управлялась с неграми.
Поскольку приготовления шли довольно споро, Мелани решила выпить чаю, устроившись на площадке второго этажа, где стоял письменный стол, а заодно дописать письмо к Розмари.
Мелани полностью поддерживала решение Розмари преподавать в Женской семинарии.
— Ты столько выстрадала, дорогая. Обучаемые тобой дети исцелят твои раны.
Она задумалась, чуть постукивая ручкой о зубы.
— Мисс Мелли! Мисс Мелли!
Порк, слуга Скарлетт, протопал по лестнице и навис над Мелани, как дерево, которое, того и гляди, упадет.
— Арчи не разрешает мне вешать больше фонарей в саду. Он прогнал меня. Я боюсь этого старика!
— Спроси Скарлетт, что делать, Порк, — ответила Мелани. — Уверена, найдется и другая работа.
Огромный негр, ворча, спустился вниз, а Мелани вновь обмакнула перо в чернила.
