Сканд кивнул растерянному брату и позеленевшему от злости Гаури и заторопился догонять рыжика.
— Зачем ты их дразнишь? — Сканд искренне не понимал этой выходки.
— Брось! — Лекс подхватил его за руку и довольно улыбнулся, — друзьями мы все равно никогда не станем, а убить меня можно всего один раз. Так почему бы мне не подергать за хвост этих… как их Тиро назвал — Зулу и Моро? Когда терять нечего, то почему бы не получить удовольствие?
— Зачем ты так говоришь? — Сканд накрыл руку рыжика своей.
— Сканд, ни ты, ни я не знаем, чем закончится сегодняшний вечер. Когда Кирель решит мою судьбу? Сегодня или после того, как мы вернемся из похода? Так зачем отказывать себе в удовольствии?
— Я думаю, все будет хорошо, — Сканд постарался говорить убедительно, — а вот брата ты напрасно злишь, он хороший и умный…
— Сканд, — Лекс улыбнулся, как пьяный, — а как ты себе представлял нашу с ним встречу? Я был рабом в их доме, они меня на цепочке по городу таскали и били ни за что. Представь, я подхожу к ним и, смущаясь, лепечу что-то вроде: «давайте забудем все, что было прежде, и начнем все с начала». А они так вот широко улыбаются и говорят: «конечно, забудем». И мы так обнимемся, и сразу же будем дружить? Сканд, что было, то было, этого не изменить, но и не забыть. Я могу простить, но они сами не забудут.
Сканд напрягся и виновато отвел глаза. А Лекс продолжил:
— Знаешь, что мне отец внушал с детства? Если не уверен в победе, то у тебя есть два выхода — сбежать или бить со всей силы! Даже если и проиграешь, то хотя бы будешь знать, что пропал не за медный грош и сделал все, что мог. А мне бежать некуда, поэтому не обессудь, бить буду со всей силы!
— С Кирелем ты тоже будешь заедаться? — уточнил Сканд, — он не Гаури…
— Именно! — обрадовался рыжик, — он умный и дальновидный. Вот, несу ему подарочек. Первосвященнику лучше самому принести подарок, чтобы он выбирать не начал, что именно ему нравится…
— Я бы хотел тебе помочь, но в случае с Кирелем… — Сканд озадаченно почесал голову, — он все равно меня игнорирует, я даже поговорить с ним не могу. Но я буду рядом…
— Спасибо, — Лекс улыбнулся легко и беззаботно, — ты, главное, не пей, а то я твою пьяную тушку домой не дотащу…
— Я вообще-то не это… — смутился Сканд.
Хорошо, что они уже добрались до большого зала, где стояли пока пустые лежанки и бродили гости. Императорской четы пока не было, и гости увлеченно выпивали и закусывали, с азартом делясь сплетнями. Когда в зал вошли Пушан с Гаури, то рядом с ними образовался небольшой водоворот, все хотели поздороваться с Пушаном и сказать пару комплиментов Гаури. Сканда с рыжиком все старательно обходили стороной. Для начала, все знали нелюдимый характер главнокомандующего, да и к Лексу подходить было страшно. Особенно после того, что он вытворял в коридоре при разговоре с самим наследником!!
О прибытии имперской четы возвестили фанфары. Лекс случайно оказался возле горниста и почти оглох от красивой, но уж слишком громкой мелодии. Пока он тряс пальцем в ухе и зевал, пытаясь вытряхнуть из головы особо высокие звуки, в зал вошли император Шарп и Кирель. Кирель был в белой тунике, почти без отделки, и практически без украшений. Его туника напоминала монашескую рясу, но только была тонкой и нежной, в отличие от дерюжки, в которую были облачены адепты.
Император сразу, как все политики, толкнул пламенную речь о предстоящем походе «во имя и во благо». У народа загорелись глаза от осознания правильности решения императора. А на Сканда посмотрели как на Супермена и Бетмена в одном лице. Он идет не воевать на чужую территорию, а устанавливать порядок и восстанавливать попранную справедливость и договоренности. В толпе сразу раздались возгласы: «Покажи им, Сканд! Мы верим в тебя!». Император, расчувствовавшись, обнял Сканда и покровительственно похлопал его по спине, а потом, вытерев скупую мужскую слезу, пригласил всех гостей на праздник.
Насколько понял Лекс из предыдущих празднований, места здесь распределяются заранее и исключительно по статусу, насколько человек приближен к императорской чете. Посередине устроился император, на соседнем ложе возлег Кирель. Рядом с императором занял место Сканд, а рядом с Кирелем Пушан со своим младшим. За спиной императора встали телохранители, за спиной Киреля устроились монахи с опущенными капюшонами и замерли, как статуи. На остальных местах устраивались главы семейств, как правило, крупные мужчины с волевыми лицами и твердой уверенностью в своей значимости. Рядом с ними были ухоженные и горделивые младшие мужья, а женщины, девушки, сыновья и прочие домочадцы стояли дружно за их спинами. Лекс восхитился от такой демонстрации семейственности. Сразу видно, кто чей старший сын и наследник рода, как выглядит невеста от этой семьи. А по количеству золота и украшений можно было судить о финансовом положении семьи.
Лекс в очередной раз растерялся. Садиться рядом со Скандом? Вроде его младшего? Или стать за его спиной, как его фаворит? Но его размышления прервал Кирель.
