Тиро наклонился и, подхватив ногу Лекса, померил ладонью размер его ступни. После этого крикнул девкам, чтобы бросили все и помыли рыжика, а сам выхватил из рук растерянного Сканда запряженного ящера и быстренько умчался в город. На кухне сразу началась суматоха. Мальчишки опять тащили к очагу ванну и ведра с водой. Девушки выливали из котелков воду, которую кипятили для приготовления ужина и питья. Рыжика схватили и так шустро раздели, что он рыпнуться не успел. Вот он стоит на крыльце, а вот уже сидит голый в теплой воде у камина.
— Только не мойте его полынным мылом, — рыкнул от двери Сканд, — а то пир закончится потасовкой. Мне придется кулаками сбивать с него аристократов. Вымойте его со щелоком, как старую ветошь, может, хоть это удержит самцов на расстоянии.
Девушки боязливо кивнули хозяину, но стоило ему выйти, как они стали недовольно переглядываться: портить милому братику запах? Но и идти против воли хозяина было страшно, после долгих совещаний банка с полынным мылом была отставлена в сторону, туда же поставили и мыло с цветочным запахом. А потом с дальней полки достали небольшую плошку с подсохшим мылом. После долгих совещаний девушки вылили его в воду и быстро взбили пену. Лекс довольно принюхался, пахло травой с легкой древесной ноткой, у него, помнится, в прежней жизни был одеколон с похожим запахом, прямо как привет из прошлого.
Лекс с удовольствием плескался. Девушки его потерли мочалками и прополоскали волосы мыльной водой, чтобы избавиться от подгоревшей вони, а потом шустро достали из ванны и, закутав в простынь, стали быстренько расчесывать. Волосы у Лекса с тех пор, как он обрезал их на арене, уже подросли до плеч и пытались свиваться в локоны. Девушки расчесывали их в четыре руки и не знали, что с ними делать. В хвостик не завяжешь, он ведь не работник, и прическу не сделаешь, поскольку он не наложник, о косе вообще лучше не заикаться… Но как можно оставить их просто так? Волос у рыжика было много, они были мягкими и непослушными, свивались в локоны, лезли в глаза и доводили до отчаянья сестричек.
Тут примчался Тиро, удивленно принюхался и нахмурился. Если с полынью запах младшего будил желание, то с этим ароматом казалось, что рыжик просто нарывается, чтобы его поваляли по полянке, где-нибудь в тени раскидистого дуба. Но времени уже не оставалось, Тиро вздохнул и послал в комнату к рыжику за нарядно расшитой туникой, а после помог ему застегнуть сандалии с золотой вставкой. Тиро никому бы не сознался, сколько он за них заплатил, Лекс отказался бы надеть золото, как младший, но и оставить его совсем без украшений он не мог. Это было бы просто неприлично в обществе аристократов. Поэтому богато украшенные сандалии стали бы компромиссом в данной ситуации.
Лекса вытолкали из кухни под ноги Сканду, который ждал его возле паланкина. Девушки, скромно потупившись, сообщили хозяину, что щелок в доме закончился, и они помыли Лекса самым старым мылом, которое нашли в доме. Они только умолчали, что это самое мыло они берегли для особых случаев, на случай, когда кого-нибудь из них брали замуж. Сканд, услышав травяной запах, смешанный с нежностью аромата младшего, закрыл в отчаянии глаза. Рыжик теперь пах, как милый младший на воскресной прогулке, когда жизнь беззаботна и легка, и младшенький совсем не против покувыркаться в тенечке. Сканд встряхнул плечами и размял кулаки, вечер, похоже, закончится бурно…
А вот Лекс в последний момент взвизгнул и бросился обратно на кухню.
— Куда!! — Сканд едва не бросился следом.
— Подарок! Я забыл про подарок Кирелю! — Лекс подхватил три приспособления и закрутился по кухне, выискивая, в чем их нести, — Тиро, есть салфетка? Ну, такая тряпочка небольшая и чистая?
Тиро быстро нашел маленькое вышитое полотенце, которое держал на случай гостей, и протянул рыжику, он быстро завязал в красивый узелок свой подарочек и довольно улыбнулся. Хотелось добавить, что чувствует себя ежиком в тумане, но здесь бы его не поняли. Поэтому оставалось только мило улыбнуться и выскочить на улицу. Там опять собрались все воины, они с интересом рассматривали паланкин Первого Хранителя Материнской Кладки и носильщиков с эбеновым цветом кожи, которые по стати были не мельче самих воинов.
Заметив красивого рыжика, они восторженно засвистели, но от комментариев воздержались, заметив, как напряглись желваки на лице командира. Лекс слегка заколебался, как ехать правильно: вперед ногами или головой? Пушан ездил вперед ногами, женщины вперед головой. Но потом вспомнил, как спал в пути Кирель, и наконец улегся на носилки головой вперед. Сканд с тяжелым вздохом забрался на своего ящера и дал команду выходить. На улице вокруг паланкина встали молчаливые монахи, они даже ненавязчиво оттеснили от носилок ящера генерала, и легко шагали, как серые бесплотные призраки — одинаковые и неприметные.
