— Нет, Тургул, все не так, — Лекс добился того, что Тургул с интересом повернул голову, — я не принесу в дом денег и связей семьи. Моя семья от меня отказалась, когда я стал рабом, — Тургул сделал жест, что ему всего этого и не надо, но Лекс остановил его, — но следом за мной в твой дом придут мои враги, Тургул, и это не шутки. Наследник Пушан ненавидит меня просто потому, что я есть, а его младший супруг Гаури будет преследовать меня, как бешеный ящер, пока я дышу. Он не предпринимает пока ничего потому, что опасается Киреля, который хочет забрать меня себе. А тот сейчас занят выбором невесты для повелителя, и ждет, чем закончится война. Со мной даже дружить опасно. Потому что стоит мне оступиться, как следом падут и мои друзья.
— Я не боюсь твоих врагов, — Тургул перехватил руку рыжика и прижал к груди, накрыв сверху своей, — я готов рискнуть жизнью, лишь бы ты был моим младшим.
— Тургул, боюсь, я овдовею раньше, чем закончу говорить брачные клятвы, — Лекс ухмыльнулся, — Кирель не допустит моего брака. Я для него желанная игрушка, и он уничтожит любого, кто встанет на его пути. Я хочу, чтобы ты жил долго и счастливо, и для этого ты должен жить не со мной. — Тургул мотнул головой и сделал шаг навстречу, желая обнять прекрасного рыжика, но тот выдернул руку и отпрянул в сторону. — Мы можем остаться друзьями, если ты захочешь, но чувствовать себя виноватым в твоей смерти я не хочу. А теперь уходи и подумай о том, что я сказал. Мы с тобой встретимся в этом походе и я пойму, если ты больше не захочешь со мной разговаривать. А теперь уходи.
Лекс сделал еще пару шагов назад и указал на ворота, которые уже открывали охранники, прекрасно всё услышавшие, впрочем, как и все остальные жители дома Сканда. Тургул развернул ящера и молча выехал. Лекс развернулся и оглядел людей вокруг. Девушки почему-то плакали, мальчишки стояли, сбившись плотной кучкой и, казалось, не дышали, чтобы не пропустить ни слова. Тиро стоял с видом «ну я же тебе говорил!», а вот мнения воинов во дворе, похоже разделились, одни смотрели с одобрением, а другие хмурились.
Но стоило только Лексу обернуться к Сканду, как его совсем перестало волновать, что там думают остальные. Сканда не разорвало от злости только потому, что его удерживали парадные доспехи. У него от злости дым шел из ушей, как из испорченного тигеля, а из глаз не просто искры летели, а текла лава, и все на бедного рыжика.
— Что? — рыжик посмотрел на Сканда и виновато закусил губу, всем своим видом изобразив раскаяние, — ты считаешь, я не прав, что отказал Тургулу? Догнать его и согласиться?
— Что? — рыжик посмотрел на Сканда и виновато закусил губу, всем своим видом изобразив раскаяние, — ты считаешь, я не прав, что отказал Тургулу? Догнать его и согласиться?
— О, Семизубый дай мне силы удержаться и не скрутить эту наглую шею!
Сканд потянул руки со скрюченными пальцами к рыжиковой шее, а тот довольно хихикнул и, увернувшись, бросился к Тиро.
— Тиро, спаси меня, скажи ему, что меня еще рано убивать, я еще в порту не был и корабли не видел! Я еще так много не успел сделать!
— Что, например? — засмеялся Тиро и спрятал его за свою спину.
— Я не пересчитал зубы у морского чудовища, как там его зовут? — высунулся из-за его плеча рыжик.
— Какого именно? — удивился Тиро, — их несколько: Зулу, Моро, Дорбоган…
— Боги! Столько чудовищ, а я их не видел, не говоря уже о том, чтобы за хвост подергать! — схватился за голову Лекс, а потом стал загибать пальцы, — а еще мне надо полетать с птеродактилями и плюнуть в жерло вулкана! Столько дел! А этот говорит, убью!
— Сканд, ну действительно, успокойся, мальчику в самом деле надо еще столько всего переделать, и потом, не только тебе шипеть и рычать, дай и другим помучиться от его затей!
Тиро мягко рассмеялся, а следом за ним и остальные невольно скривились в усмешке, опасаясь в открытую смеяться над командиром. Поэтому вскоре все воины вспомнили о недоделанных делах и шустро разбежались кто куда. Девушки понятливо юркнули обратно на кухню, а мальчишки, казалось, растворились в воздухе. Поэтому скоро во дворе остались лишь Сканд и Тиро, за чьей спиной, прятался рыжик как в доте, выглядывая из-за руки как из амбразуры. Сканд тяжело дышал и пытался успокоиться.
— Одевайся, — Сканд, казалось, смог наконец взять себя в руки, — в императорском дворце вечеринка в честь начала новой военной кампании. Кирель сам лично велел мне привезти тебя! Через час он пришлет за тобой паланкин. Марш купаться и приводить себя в порядок!
— Тиро, а мне есть что надеть на такой случай? — Лекс опять вывернулся из-за руки Франкенштейна и с интересом ожидал ответа.
— Одежда есть, — кивнул головой домоуправитель, — мы много чего тебе накупили, а вот с обувкой беда. Но ты не переживай, пока тебя выкупают и причешут, я успею найти для тебя что-нибудь подходящее. Дай-ка ногу для мерки.
