Лекс в самом начале учил на простом песочном стекле азам шлифовки линз и заодно придумывал приспособления и упоры для шлифования вогнутых и выпуклых поверхностей. И поэтому через какое-то время собралось приличное количество вполне сносных линз. На них же учились, как надежно крепить линзы, чтобы они не выпадали при тряске, подбирали оптимальный внешний вид трубы и разбирались с нюансами изготовления и хранения.
Такие трубы были дешевы в изготовлении по сравнению с хрустальными стеклами и с легкостью продавались за двадцать золотых, зато на их фоне любая подзорная труба с тройными хрустальными линзами казалась настоящим произведением искусства и без торгов продавалась за сотню золотых. Теперь скорость изготовления таких труб полностью зависела от скорости шлифовки линз, и для этого надо было увеличить скорость самих шлифовальных кругов.
Поскольку скорость при раскручивания кругов была ограничена скоростью ног самих шлифовальщиков, то Лекс после долгих мучений (не своих, а Броззи) получил набор шестеренок, звездочек и практически велосипедной цепочки. Теперь один мальчик, сидя на сидении, раскручивал педали и при помощи звездочек и цепочки разгонял до невероятной для этого мира скорости вал, на котором были с двух концов конические шестерни, которые, в свою очередь, раскручивали шлифовальные круги. Теперь шлифовальщики могли поберечь свои силы и полностью сосредоточиться на тонкой работе.
Лекс мечтал о велосипеде и велорикшах, но его каждый день рвали на кусочки и надо было успевать слишком многое, чтобы мечты о прекрасном, таком, как фонтаны, велосипеды и воздушные шары, отложить в голове на полочку ожидания. И теперь, сидя в шатре, он мучился от скуки и вынужденного безделья. Дома он мечтал выспаться и отдохнуть, так, чтобы не дергали и не прибегали с выпученными глазами «Все пропало!!», а теперь он тяжко вздыхал, сидя на стуле и придумывая, чем бы заняться.
- Куда это Зи и Зу рванули? - Сканд откинул тряпичную перегородку и вошел в комнату, где Лекс учил Ламиля игре в шахматы.
- Отправил их на разведку, - Лекс постучал ногтем по своему ферзю, чтобы Ламиль заметил, кому он угрожает, и ребенок передумал атаковать, задумался над защитой, - они беспокоятся, что до сих пор никого не видели и говорят, что, скорее всего, что-то произошло. Мы все равно стоим на месте, так пусть развеются. Может, и толк будет.
- Действительно, - Сканд остановился глядя за игрой, а потом поморщился, - я понимаю, что ты учишь Ламиля игре, которая развивает стратегическое мышление, но со стороны это слышится, как подготовка младших к захвату власти. - Сканд увидел, как развеселился супруг, и решил развить мысль, - ты говоришь о больших возможностях младших мужей (ферзей) и об ограниченности власти падишаха (короля), о том, что ради спасения его жизни можно пожертвовать любой фигурой, и о том, что любой рядовой (пешка), если дойдет до конца, обретет возможность получить новую судьбу и стать даже младшим супругом и сильнейшей фигурой на поле. Ты учишь младшего, как организовывать засады и как простой воин, стоящий в нужном месте, может контролировать поле.
- Ты скажешь, что я говорю неправду? - Лекс удерживался, чтобы не рассмеяться в голос, - твои офицеры и сами это должны знать, они же не слепые идиоты. Ты бы не поставил в командиры недалеких людей, так чего они испугались?
Сканд сел позади Лекса и прижался к его спине. Понюхал волосы и прикусил за ухо, а потом вообще перетянул его к себе на ноги и с удовольствием потискал. Ламиль внимательно наблюдал, как Лекс реагирует на заигрывание, и упорно делал вид, что занят обдумыванием следующего хода. Слишком явно, чтобы это было правдой. И Сканд только после того, как получил пару предупредительных щипков, оставил тискать любимого и продолжил разговор.
- После того, как Ламиль у костра заявил, что будет обсуждать с мужем стратегию экономики страны, на него теперь смотрят иначе. А он еще интересничает и не выходит на улицу иначе, чем в полупрозрачном покрывале, все уже нафантазировали себе боги знает что, - Лекс заметил, как Ламиль крайне довольно заулыбался и попытался принять эффектную позу, - а теперь ты еще учишь его премудростям дворцового переворота, и все начали шушукаться, что вы тут готовите смену власти в городе Чаречаши.
- Нет, это неправда, - Лекс помахал пальцем на Ламиля, у которого загорелись глаза, - для того, чтобы государство было благополучным, нужен сильный правитель, за которым пойдут другие воины. И когда я говорю, пойдут следом, то это не значит, что они поведутся на «чары», - Лекс выделил голосом слово и сурово нахмурился, - преданность сильных воинов идет не за похотью, а за силой такого же сильного воина. А Чаречаши действительно силен. Он умный, хитрый и амбициозный, и как правитель очень даже неплох. Он не боится силовых решений и не допустит шатания власти. Рядом с ним будет спокойно и надежно, главное, чтобы сам Чаречаши…
