Помимо, собственно, экзаменующихся в аудитории присутствовали чунины, правда их было всего двое. Почему так мало? Разве не должна целая толпа следить за тем, чтобы мы не списывали друг с друга?
Однако, как только стрелки больших круглых часов сошлись на цифре двенадцать, все сразу прояснилось. Широкие двери распахнулись, и в аудиторию вошел экзаменатор. Мои соседи вжали головы в плечи, все шепотки сразу утихли, я же не сдержала томного вздоха.
Оперевшись руками на стол, Гаара четко поставленным голосом произнес:
- Добрый день и добро пожаловать.
Сосед справа попытался заползти под парту, я подперла голову кулаком и уставилась на Казекаге затуманенным взглядом.
- Мне предоставили честь оказаться экзаменатором первого этапа, так что разъясняю правила. В тесте десять вопросов. Правильно отвечаете на вопрос – получаете один балл. Учитываются результаты всей команды в целом, двадцать – проходной балл. Таким образом, если команда в сумме набирает меньше двадцати баллов, она автоматически не допускается до следующего этапа. Кроме того, - голос Гаары угрожающе понизился, - за попытку списывания экзаменующийся немедленно удаляется. Результаты сообщат сегодня вечером, второй этап будет проводиться завтра. Приступайте.
Пока он разъяснял правила, два чунина успели разнести бланки с тестами и карандаши. Я, наконец, опустила глаза и уставилась на вопросы. Те, к счастью, оказались вполне доступными, без всяких подвохов, а потому я тут же принялась за работу. На краю сознания брезжила мысль – что, если Наруто провалится? С другой стороны, он же не совсем идиот, хотя бы на два-три вопроса сможет ответить. А остальное мы с Сином уж как-нибудь вытянем.
К тому моменту, когда я заполняла уже третий пункт, раздался какой-то шум. Подняв голову, я обнаружила, как парень, сидящий несколькими рядами ниже, был выдернут со своего места и бесцеремонно выброшен в открытое окно. Песок с шипением вернулся в небрежно прислоненную к стене тыкву, а мой сосед справа сглотнул и стиснул карандаш в дрожащей руке. Вот что значит «немедленно удаляется». Действительно – немедленно, благо, второй этаж и падать не слишком высоко.
К пятому вопросу стало понятно, на что рассчитывали организаторы – на психологическое давление. Во-первых, полдень, пик, невыносимая жара – открытые окна и заполненная аудитория. Во-вторых, абсолютно бесшумная Суна, все ушли на полуденный отдых, что только нагнетало обстановку. Ну, и, конечно, главным запугивающим фактором был сам Гаара. Стоило только об этом подумать, как в окно с воплями полетел очередной незадачливый генин – уже четвертый. Хотя на обычном экзамене желающих списать было бы куда как больше, не будь они запуганы до смерти.
Закончив с вопросами и заметив, как трясет моего злополучного соседа, я легонько толкнула его локтем и зашептала:
- Эй, тебе помочь?
Парнишка замотал головой, что, видимо, надо было расценивать как отказ отвечать даже под угрозой пыток. Но мне уже было не до него. Почувствовав, как лодыжку обволакивает что-то мягкое и теплое, я опустила глаза под стол. Песок кольцами завился вокруг левой ноги, дошел до колена и плавно осел, бесшумно возвращаясь к хозяину. Предупреждение, значит. Ну-ну.
Поставив локти на стол и положив на сцепленные пальцы подбородок, я в упор уставилась на Гаару. Тот стоял, скрестив руки на груди и невозмутимо оглядывая аудиторию. Уже почти час так стоял, кстати. На жаре и в духоте. Не знаю, как ему там, а мне тут было не ахти как комфортно.
Казекаге встретился со мной взглядом, и я, несмотря на то, что поначалу растерялась, собралась и послала ему самую обворожительную улыбку, на которую только была способна. В ту же секунду Гаара отвернулся, но, бьюсь об заклад, его губы дрогнули в едва заметной ответной полуулыбке.
Наконец, час мучений закончился. Оставив свои бланки на местах, народ потянулся из аудитории на относительно свежий воздух, дабы поскорее потом разбрестись по спасительным теням жилищ. Я задержалась у выхода, заметив, как Наруто уже увлеченно что-то рассказывает Казекаге. Когда только успел подкатить? Я уже собиралась выскользнуть вслед за Сином, однако Узумаки так не вовремя меня заметил.
- Нана-чан! – окликнул он.
Мысленно проклиная так называемого друга, я приблизилась.
- Я тут как раз рассказывал, как бабуля Цунаде не хотела пускать нас на экзамен, - жизнерадостно поделился Узумаки.
- Э-эм, ну, это… не совсем правда, - неуверенно промямлила я, мгновенно стушевавшись под внимательным взглядом Гаары. А, затем, собравшись, растянула губы в улыбке, встретилась с ним глазами и запоздало произнесла: - Привет.
- Здравствуй, Нана, - в своей привычной хладнокровной манере отозвался Казекаге. Пожалуй, только хорошо знавшие его люди могли заметить, как на толику потеплел тон его голоса. К счастью, я с гордостью относила себя к той самой малочисленной категории хорошо знавших его людей. К несчастью, к этой же категории относился уже самодовольно хмылящийся и тем самым порядком раздражавший меня Наруто.
