Мышцы ног отяжелели от напряжения, адреналин бурлил в крови, шумевшей в ушах. Движения стали резкими, острыми, внезапными. Перед глазами все плывет, четким остается только силуэт противника. Он быстр, очень, но он только уклоняется, позволяя мне атаковать. Удар, поворот, еще удар; смещаюсь влево, пытаясь зайти ему за спину, вскидываю руку в обманном маневре и вкладываю всю силу в удар ногой.
В самый последний момент Неджи успевает оттолкнуть мою голень ладонью и стремительно отпрыгнуть назад. Я с удовольствием отмечаю, что вокруг белесых глаз появились тонкие нити вен – верный признак активированного бьякугана. Значит, действительно стал воспринимать меня всерьез.
- Хватит на сегодня, - коротко произнес Хьюга, мягко «вытекая» из боевой стойки. Я киваю, соглашаясь, и пытаюсь выровнять сбившееся дыхание.
С тренировками и в самом деле сегодня нельзя перебарщивать. До финального этапа оставалось всего ничего, вымотать себя – верный способ не получить звание.
Мы с Неджи собрали вещи и ушли с полигона, направляясь к общежитию. Суна буквально кипела – она была переполнена стекшими со всех концов света людьми. Здесь были и дайме, приехавшие поглядеть на схватку победителей, и шиноби других деревень (всех, кроме Травы, конечно). Как по мне, так собирать такую тьму народа, это верный способ пустить противника внутрь селения. Но другого выхода и правда не было, потому что начни шиноби Песка проверять всех приезжающих, и поднимется волна недовольства, что осложнит отношения с другими деревнями. А в сложившейся ситуации, на грани войны с Травой, этого нужно было избегать. К тому же, позволяя противнику думать о собственной беспечности и неосведомленности, Песчаные оставляли за собой преимущество.
И все же, идя по Суне, я никак не могла избавиться от ощущения, что за мной следят. Что в любой момент могут засадить нож в спину. Впрочем, на взводе была не я одна. Наших генинов хотели спровадить в Коноху, но детишки уперлись рогом, заявив, что желают и имеют право посмотреть на финальный этап. Кроме того, посовещавшись, джонины решили, что отправляться обратно сейчас будет рискованно – высоки были шансы нарваться на засаду. Потому мы полным составом оставались в селении Песка, с каждым проведенным здесь часом чувствуя все больше и больше нараставшее напряжение. Все высшее руководство Суны было поднято на уши. Темари ходила злая, как фурия, и чуть ли не ядом плевалась, а потому подчиненные старались ее избегать. Канкуро был мрачнее тучи, но хотя бы не злобствовал, как сестра.
Гаару я не видела уже третий день. После нашей, скажем так, прогулки, нам ни разу не удалось выкроить времени, чтобы поговорить. Вернее, ему не удавалось. Хотя и мне было чем заняться – джонины и даже Наруто с Сином были вынуждены меня тренировать (я бываю весьма настойчива, если захочу). Син, кстати, получил-таки свой злополучный допуск в архивы, а потому целыми днями пропадал среди пыльных бумаг. Впрочем, жаловаться мне было не на что – по вечерам он выкладывал мне всю интересную информацию, которую находил. А еще я выклянчила у него обещание научить меня технике призыва, хотя пока и не решила, какого именно животного.
Словом, на скуку я не жаловалась. Напротив – упорно работала до потери сознания, лишь бы не возвращаться мыслями к трижды проклятому Казекаге. С утра до поздней ночи тренировалась на полигоне – одна или с кем-то (чаще всего, с Неджи или Наруто), а, приходя в общежитие, падала на кровать и забывалась беспокойным сном.
Я бы, наверное, наплевала на все и отправилась бы выяснять отношения немедленно, но чувствовала – Казекаге сейчас не до меня. А потому прошло уже два дня, а я даже не знала толком, что с ним и чем он занят. Попыталась как-то расспросить Темари, но та только прошипела:
- Разбирайтесь-ка вы сами! У нас тут война на пороге, а вы тут со своей…
Видимо, она хотела сказать «любовью», но осеклась, поняв, что это слово как-то не клеится к ее брату. Поэтому только невнятно что-то пробурчала, взмахнула полами черного кимоно и поспешно удалилась.
Так или иначе, у меня сейчас были дела поважнее. Экзамен, например. Чем ближе был последний этап, тем больше я волновалась. Что, если нас пятерых просто выпустят на арену и заставят сражаться друг с другом? Тогда я точно растеряюсь и не буду знать, что делать, ибо моя специализация – бой один на один, за несколькими противниками я просто буду не успевать следить. Впрочем, Какаши-сенсей меня «утешил», заявив, что Песчаные горазды на неожиданные (и неприятные) сюрпризы, а потому вряд ли опустятся до такой банальности.
В «День Х», как мы условно окрестили день сдачи финального этапа, я проснулась пораньше и направилась на тренировочный полигон, бесцеремонно разбудив Неджи. Последний, кстати, сам виноват, что сказал, цитирую: «обращайся, когда захочешь». Обычно на тренировку мы тратили полдня, потом отдыхали, пережидая, пока спадет жара, и снова тренировались. Но в этот раз прошло всего часа полтора от силы. Больше – нельзя, иначе выдохнусь и устану.
