— Да? — скептически выгнул бровь он. — Тогда я пошел.
Что? Нет! Куда? Этот наглый шантажист в самом деле направился к двери и уже схватился за ручку, как я воскликнула:
— Хорошо! Будь по-твоему. Я отвечу на твои вопросы — но только на те, на которые смогу.
— Договорились! — торжествующе улыбнулся шантажист, а затем повернул ручку двери, распахнул дверь и проговорил: — Дорогая, я сейчас вернусь. Скажу твоему управляющему, чтобы в ближайшее время нас не беспокоил. Нам предстоит до-о-олгий разговор на тему нашего совместного будущего.
— Уже предвкушаю, — скривилась я. А тот подмигнул, мотнул головой в сторону шкафа и прошептал одними губами: — у тебя три минуты.
Я поняла, кивнула, а когда он вышел, бросилась одеваться. И через три минуты я уже была полностью одета и готова к следующей части моего плана.
— Пока ты не упорхнула, я хочу задать один вопрос, — проговорил Экхар, наблюдая, мои манипуляции с замком окна.
— Я слушаю.
— Тот, кого ты любишь… почему он позволил тебе подписать контракт?
— Он не позволял, — ответила я, наконец справившись с замком. — Я сама каким-то непостижимым образом подписала. И сама не знаю как.
— В смысле?
— Не помню, как подписывала.
— Так не бывает, — не поверил мне Экхар.
— Как видишь, бывает, — пожала плечами я. А он как-то странно на меня посмотрел, словно увидел в первый раз в жизни. — Что?
— Да ничего, — хмуро ответил он.
— Ты что-то знаешь?
— В условия нашей сделки моя откровенность не входила, — некстати напомнили мне.
— Тогда сделай жест доброй воли. От тебя не убудет.
— Если ты не помнишь, как подписала контракт, значит, кто-то хотел, чтобы ты этого не запомнила. И умением играть с памятью обладают не многие, фактически единицы.
— И кто же это?
— Кайры и жрецы Матери всех драконов. Вот и подумай, кому было выгодно заключение нашей с тобой помолвки?
Хороший вопрос, почти заставивший меня остановиться. Но, боюсь, если останусь, другого шанса сбежать у меня уже не будет, а мне позарез нужно поговорить с няней Оленой. Это вопрос моего прошлого, которое окутано таким непроходимым мраком, что я начинаю сомневаться в самой себе. Да, я подумаю об этом, но не сейчас.
— Я скоро вернусь, — хмуро проговорила в ответ и прыгнула на ветку растущего неподалеку ясеня.
— И часто ты так делаешь? — хмыкнул Экхар, под впечатлением от моего эффектного спуска на землю в один прыжок.
— Ага, — на удивление искренне улыбнулась я. — Как дед начинал особо доставать, так я сбегала к Тее.
— Парс, ты все больше и больше меня поражаешь.
— Сама от себя в шоке.
Что правда, то правда. Ведь еще десять минут назад и не помышляла сбегать, а вот взяла и сбежала. Но так надо. У меня дело осталось незавершенное и безотлагательное. Пока деда нет, я должна узнать все до конца, ответить на самый главный вопрос: правда ли, что я не Агеэра? И как я уже говорила, ответить на него могла только нянюшка Олена, к которой я, собственно, и направилась.
Утро для Самиры началось с представления новых фрейлин. Это леди Амелия вознамерилась занять принцессу настолько, чтобы времени ни на что другое не осталось, например, на мысли о том, как посильнее ущипнуть мерзкую Тейку. И ей это вполне удалось, а все из-за новой фрейлины, которая так старалась не выделяться из толпы дюжины красавиц в дорогих и не очень платьях, стремящихся понравиться Солнечной принцессе, что невольно привлекла это самое внимание.
Леди Ней — невзрачная девушка лет двадцати, в скромном, на грани бедности платье, бледным, приятным личиком, серыми глазами все время опущенными в пол, темными волосами, убранными в пучок. Самире она напоминала гувернантку, что была у нее в детстве, правильную и серьезную с виду, а на деле глуповатую и невоздержанную до мужского внимания. Вот кто виртуозно умел носить маски, но и эта девушка тоже умела.
Она стояла в сторонке, не разговаривала с другими претендентками, ни на кого не смотрела, но иногда поднимала взгляд, и в нем проскальзывало что-то неправильное, цепкое, холодное. Другая бы не заметила, но Сэм, привыкшая и сама менять личины, очень быстро в ней эту неправильность разгадала. За это она ее и взяла, как и еще двух совсем безразличных и неинтересных ей девиц, но необходимых, чтобы не вызвать у «няньки» лишних подозрений.
Принцессу Алатею и, к своему неудовольствию, Касс, Самира встретила уже на торжественном обеде по случаю приезда илларских делегатов. Она так тщательно к нему готовилась, так хотела блистать, сиять, затмить своей красотой огненную выскочку, но никакие наряды, прически, даже приказы, не смогли бы отвлечь внимание местной элиты от новых интересных игрушек. И ладно дэйвы — экзотика, которую редко можно встретить в Арвитане. С интересом к ним Самира кое-как мирилась, тем более, что они были до неприличия скромными и старались обращать на себя как можно меньше взглядов, но то, что Тейка стала на этом обеде центром внимания, вызывало острые приступы раздражения и злобы.
