Не дожидаясь его ответа, Диана пустила лошадь во весь опор. Джервейз был застигнут врасплох, и еще до начала скачки Диана опередила его футов на пятьдесят. Раздосадованный тем, что собеседница ушла от ответа, он пустил своего коня в галоп. В прошлом виконта никогда не разбирало любопытство в отношении его любовниц, но сейчас ему хотелось узнать о Диане Линдсей как можно больше. На какой же почве могла вырасти такая ослепительная красота и изысканность? И что привело ее в древнейшую из профессий?
Впрочем, сейчас Джервейз выкинул из головы все вопросы и сосредоточился на том, чтобы догнать красавицу. Длинные каштановые волосы Дианы развевались у нее за спиной точно знамя, причем она сумела добиться от Федры очень неплохой скорости, даже не используя хлыст. Конечно, эта лошадь не могла сравниться с его конем, однако Диана справилась на удивление хорошо и Джервейз обогнал ее всего лишь на полголовы.
Проигрыш ее не расстроил, и она с улыбкой сказала:
– Милорд, вы выиграли. Что хотите получить в качестве приза?
– Что-нибудь придумаю, – пробормотал виконт, любуясь ярким румянцем, появившимся на щеках его спутницы. Он поднял голову и посмотрел на солнце. – Знаете, уже за полдень. Если мы на этой вот развилке свернем направо, то приедем в таверну, где я заказал ленч.
Они поехали в сторону таверны, находившейся на берегу реки, и там Диане очень понравилось. Ее спутник прекрасно все организовал – начиная от отдельного кабинета, выходившего окнами на Темзу, до превосходной еды и вина. Меню было составлено идеально – все выглядело очень аппетитно, но в то же время пища не была слишком тяжелой для людей, которым еще предстояло проделать обратный путь до Лондона.
Доедая пикантный кисло-сладкий клубничный бланманже со взбитыми сливками, которым заканчивался ленч, Диана подумала: «Интересно, воспользуется ли сейчас виконт преимуществами уединения?» Причем эта мысль скорее развлекла ее, чем встревожила. На протяжении всей прогулки она украдкой наблюдала за своим спутником, восхищаясь его силой и грацией.
Диана потягивала вино, улыбаясь какой-то реплике виконта, потом что-то сказала в ответ. И она по-прежнему им восхищалась. «Что ж, – говорила она себе, – поскольку я уже решила, что он станет моей судьбой, почему бы не получать удовольствие от того, что судьба предлагает?» Его красивое лицо с высокими скулами было словно вылеплено талантливым скульптором, ясные серые глаза проницательно смотрели из-под тяжелых бровей, а в темные густые волосы так и хотелось запустить пальцы. Он, как правило, был необычайно серьезен, иногда даже мрачен, но порой в его глазах вспыхивали искорки веселья, и тогда ей казалось, что это и есть настоящий Джервейз Бранделин, чрезвычайно волновавший ее и возбуждавший. Она вполне могла представить, как его глубокий баритон шепчет ласковые слова, а мускулистое тело прижимается к ее телу… и ее радостное волнение лишь усиливалось, когда она думала, что могла бы ему отдаться. Да-да, могла бы. Вопрос «если» больше не стоял, оставался только вопрос «когда».
– Не желаете ли перед возвращением в Лондон, прогуляться в лесу? – спросил он таким тоном, каким вполне мог бы обращаться к своей девяностолетней тетушке. – Тамошние дубы – одни из самых старых и красивых в Британии.
Диана вдруг поняла, что немного опьянела после трех бокалов вина. Должно быть, именно из-за них возникли все эти ее фантазии. Ох как неловко… В то время как она, глупая, размечталась, этот негодник был абсолютно трезвым. Значит, дубы?.. Нет, ее не интересуют никакие дубы, пропади они пропадом!
Когда Диана, допив вино, поставила бокал на стол, ее руки слегка дрожали. Ох, наверное, она сделала что-то не так и Сент-Обин ее больше не хочет. Но почему? И вообще, что делает женщину желанной? Мысль о том, что виконт ее не хочет, оказалась на удивление болезненной. Диане пришлось сделать над собой усилие, чтобы изобразить вежливую улыбку.
– С удовольствием, – кивнула она. – Я раньше никогда не бывала в Ричмонд-парке.
Тенистый лес и в самом деле оказался необычайно хорош: древние дубы словно образовывали зеленый готический собор, через тропинки перебегали рыжие лани, а в столбах солнечного света танцевали, точно бабочки, пылинки. В окружении такой красоты Диана немного приободрилась, наклонилась, чтобы поднять с травы ярко-желтый дубовый лист, и, взглянув на него, с мечтательной улыбкой проговорила:
– Кажется, что нам навстречу вот-вот выйдет призрачная процессия друидов.
– Более вероятно, что это будут призраки Плантагенетов и Тюдоров, вышедших охотиться на оленей.
Голос Джервейза звучал вполне прозаично, но, бросив на него быстрый взгляд, Диана не увидела на его лице обычного бесстрастного выражения – было совершенно очевидно, что виконтом овладело страстное желание. Диана с облегчением вздохнула. Ее страхи оказались беспочвенными – виконт по-прежнему желал ее. Чувствуя легкое головокружение от вина, она игриво спросила:
– Олени были единственными, на кого охотились в этом лесу?
– О нет, бывает добыча поинтереснее оленей, – отозвался виконт.
