— Возможно. Но тогда ты — резвая молодая кобылка, которой требуется лишь легкое прикосновение, чтобы заставить ее играть.
— А может быть, ко мне и прикасаться не надо…
Его улыбка исчезла, оставив только напряженность.
— А меня не надо объезжать…
Электричество между ними потрескивало. Напряжение разорвало ее самоконтроль в клочья.
Ну почему все так трудно? Почему она не может просто протянуть руку и взять то, что хочет? Она так давно была одна, изолирована от всех, и к ней никто не прикасался. И хотя знала, что это не продлится долго, почему она не может насладиться тем, что так внезапно подарила ей судьба.
Хестер не смогла себе отказать, потянулась к нему, коснулась губами его губ. Он обнял ее так крепко, что ее ноги оторвались от земли. Она прижималась к нему всем телом с отчаянием обреченной. Он был так близко. Она целовала его, словно знала, что завтра не наступит никогда. Но он все-таки оторвался от нее.
— Я должен… я должен привязать Юпитера. Это недолго. — Алек потряс головой и уверенно отодвинул ее от себя, однако Хестер чувствовала, как сильно дрожат его руки.
Хестер испытала необычайную свободу, освобождение от всего. Она повернулась к термальным источникам, сбросила джинсы и футболку, за которыми последовало нижнее белье, и осторожно ступила в воду. Потом она погрузилась глубже, с удовольствием позволяя теплой шелковистой воде омыть ее разгоряченное тело.
— Хестер?
Она обернулась на этот негромкий возглас и увидела Алека, стоящего на краю маленького источника. Он был очень напряжен.
Ее уверенность усилилась, и глубоко спрятанный инстинкт вырвался наружу. Она несколько секунд стояла, неожиданно остро чувствуя свою уязвимость, и вышла из воды. На ней не было дизайнерского платья, не было макияжа. Она была, если можно так сказать, в первозданном виде. Полностью обнаженная. Но как он на нее смотрел! Такую реакцию невозможно скрыть.
Алек считает ее красивой. Он хочет ее. Он испытывает такое же сильное до боли желание, как она.
Ею овладела гордость. И еще она почувствовала свою силу.
Впервые в жизни Хестер не побоялась взять то, что хочет.
Она могла исследовать, требовать, даже завоевывать. Она чувствовала нечто очень похожее на гнев — безудержную силу, слишком сильную и горячую, чтобы она могла ее сдержать. Непреодолимое желание заставило ее взять то, что она хочет. А хотела она всего лишь быть ближе к нему. Получить чувственное наслаждение рядом с ним, вместе с ним.
Хестер расстегнула пуговицы на его рубашке с ловкостью, которой у себя даже не подозревала. Алек ничего не сказал, только его дыхание участилось, и неожиданно он наклонился и сбросил обувь. Теперь он принадлежал ей. Она расстегнула бриджи, освободив его для своих взглядов, прикосновений, изучения. И начала целовать его везде.
Хестер толкнула его, и он упал. Она нависла над ним, наслаждаясь новым для себя ощущением: вся его сила у ее ног. Между ног. Она не могла просто открыться и впустить его в себя. Она активно требовала то, что он ей давал. Она брала и наслаждалась этим. Ее желание было уже невозможно сдерживать — оно владело ею, и она была голодна. Хестер была так голодна, что даже злилась. Злилась из-за бездонной глубины желания, которое чувствовала к нему. Боль, которую только он мог утолить, с каждой секундой становилась сильнее. Хотела положить конец этой тянущей боли. Она была такой сильной, что перехватывало дыхание, и на мгновение она замерла.
Алек посмотрел Хестер прямо в глаза.
— Не останавливайся. Делай то, что хочешь.
— Я хочу тебя.
— Ты уже меня получила, Хестер.
Услышав ее имя в его устах, Хестер лишилась остатков самоконтроля. Она опустилась на него и приняла его не только в свое тело, но и в душу. Она слышала, как он тихонько выругался и стал подгонять ее — быстрее, сильнее. Его стоны удовольствия сжигали ее, выбрасывали за пределы собственного тела. В конце концов, она вскрикнула, и он взорвал ее мир.
Оглушенная, она рухнула на его тело. Она никогда раньше не чувствовала такой усталости и удовлетворения.
— Хестер, — прохрипел он. — Хестер, Хестер, Хестер. — По его телу прокатилась волна дрожи. — Что ты со мной делаешь?
Алек распростерся на земле, прижимая ее к себе, до глубины души потрясенный самым элементарным опытом своей жизни. Он нежно поцеловал ее, стараясь согреть своим телом. Только она все равно дрожала. Алек зашевелился, подхватил ее на руки, потом встал на колени, затем на ноги. Он понес Хестер в воду, прижимая к себе, чтобы они оба согрелись в термальной воде. Она плавала у него на руках, а он дразнил ее, слегка отталкивая, чтобы сразу же снова привлечь к себе. В конце концов, хотя он считал, что больше ни на что не способен, Алек снова почувствовал желание, скользнул в ее тело, и через некоторое время они снова оказались во власти наслаждения, яркого и свободного.
