— Лена, пойми меня, я в космос хочу, там простор. Мы веками жили в тесноте. Мои родители переехали в Сибирь, потому что Корейский полуостров перенаселен, и даже Манчжурия нам мала. Когда под руководством Ким Чен Ына мы заняли умирающую Южную Корею, стало еще теснее.
— Я все знаю, и знаю, как вы освоили вымершие Японию и Манчжурию. Я ведь люблю историю и хочу, чтобы ты со мной разделил мое увлечение.
— Лена, спасибо тебе, но мы должны стремиться вверх, чтобы жить. Мой народ уже был рабами, потому что отстал от Японии.
— Ну, хорошо, давай будем кем захотим, ты попробуешь стать космонавтом, а я археологом. Дополним друг друга, — мило улыбнулась другу девушка.
Дальше сидели молча на берегу Ангары, обнявшись. Только сексом вечером не стали заниматься. Помнили, что нельзя ЭТО несовершеннолетним. Знали, КАК правильно ЭТИМ заниматься и КОГДА можно. Люди те же, но воспитанные и знающие про опасность разврата. Низины Западной Европы были смыты чудовищным цунами, но кадры европейской столицы разврата остались. Только кадры: руины остались под водой.
Сеунгу не повезло при отборе, и стал пилотом на рейсах в Индонезию, куда попала работать Лена.
Евгений Георгиевич Лебедев стал известным таксатором в бассейне реки Амазонки, леса по берегам которой оказались на грани исчезновения. И не только в Бразилии. Потому люди, только-только придя в себя, начали гигантский труд помощи биосфере в исцелении. Не ради денег, а чтобы потомки хорошо жили. Десятки миллионов людей решили жить скромно, чтобы навести порядок на родной земле, ВСЕЙ Земле. И Лебедев был в их рядах, по шесть дней в неделю работая там, где были руины доапокалептической флоры и фауны. Найденные ростки растений расселялись там, где этих видов прежде не было. Выхаживались и выпускались на волю представители не до конца вымерших видов лесов бассейна Амазонки.
Сейчас он шел в очередной раз по лесу, когда-то почти умершему, высматривая виды растений, не замеченные после вулканической зимы. Собирались вычистить участок, чтобы высадить саженцы из специальных питомников, и надо было проверить, а вдруг есть что-то интересное. Погибло очень много видов, но не все. Очень выручили кладовые семян, сделанные на Шпицбергене и других местах планеты. Взятые под охрану сразу после извержения, хранилища были вскрыты, когда климат стал почти прежним.
Незнакомые цветки завораживали своими желтыми лепестками с вытянутыми розовыми крапинками. Лебедев раньше не встречал в природе этот вид, и сфотографировал растения. Вечером показал фотографии молодой женщине-ботанику:
— Прекрасная Мария. Вы знаете это растение?
— Это же Тигровая орхидея, часто встречается в оранжереях. Поздравляю, вы первый нашли ее в природе после Апокалипсиса! — подбодрила невероятно обворожительная бразильянка Мария. Рост выше среднего, подтянутое упругое смуглое тело, красивые карие глаза, подчеркнутые черными бровями, роскошные черные волосы… За такими когда-то охотились модельные агентства. Но после Беды ситуация поменялась усилием властей. Так что к двадцать второму веку подошли с неуважением к «секретуткам», и прошло время, когда студентки ни в грош не ставили одногруппников, а искали богатых мужчин.
От населения Латинской Америки осталось чуть меньше десяти миллионов к концу вулканической зимы, но выжившие потихоньку прирастали в числе. Африке в свое время повезло меньше: не набралось и миллиона представителей негритянской расы, когда потеплело. Головной болью для России, вернувшейся в коммунизм и подмявшей всю планету, стала проблема каннибализма, особенно в Африке. Интересно, что остатки латиносов выжили, создав теплицы, а негры благодаря каннибализму.
Были созданы детские дома, где растят и воспитывают детей, отобранных у племен людоедов. Нехорошо вышло, что некоторые люди в глухих уголках планеты выжили, поедая себе подобных. Эту напасть уничтожали очень жестко. Каннибалов не истребляли, а держали в землях, с которых было невозможно бежать. Для азиатов такими местами были Тайвань и Цейлон. Охрана строго следила, чтобы отвыкали от своих привычек. И за нарушение запрета отбирали детей, чтоб не передавалась привычка есть человечину. Свидания разрешали легко, только проверяли, что приносят детям.
Потом Евгению начальник дал дополнительную премию, и заслуженный работник озаботился, как ее потратить.
А в школе-интернате для детей в поселке Звездный-3, где жили семьи, не способные жить каждый день ухаживать за детьми, шел очередной урок. Есть семьи, где сразу двое супругов геологи. Или муж работает по сменам, а жена проводница. Или еще как-то выходит, что детей и хочется иметь, и не выходит каждый день за ними ухаживать. Таким выделяют жилье рядом со специальными школами-интернатами, в которых дети живут во время родительских командировок. Раздваивается жизнь ребенка. То дома ночует неделями, то в интернате.
