Саммаэль полностью

— Мы выступаем завтра с утра, — сказал Саммаэль. — Чтобы Верс успел отойти на какое-то расстояние.

— Хорошо, — ответила Грант.

— Госпожа Грант, вы говорили о подкреплении? Оно бы не помешало…

— Подкрепление прибудет позже, — отозвалась Надин. — Действуйте своими силами. Саммаэль, я знаю ваши возможности! На планете нет «ведьмаков»…

— Ещё вопрос, — перебил Саммаэль. — Какие у вас гипотезы по поводу совпадения глобальной интерферограммы — и биоэнергетики конкретного человека?

— Подкрепление прибудет позже, — снова сказала Надин. — Вам всё объяснят. Отбой.

— Отбой, — подтвердил Саммаэль.

— …И вы ей верите? — спросил Александер.

— Верю, не верю… сходим да сами посмотрим.

— Не нравится мне всё это, — сказала Милена, крепко сжав Саммаэлю плечи.

— Мне тоже.

— И какой у тебя план?

— Разбомбить станцию мы всяко не можем, — сказал колдун. — Значит, с утра выходим «в пехоте», осматриваем базу, стараясь, чтоб нас не засекли раньше времени. Определяем, где они держат… «объект». Возвращаемся, продумываем план штурма, рассаживаемся по машинам, и… — Саммаэль размашисто провёл большим пальцем по горлу.

— Отличный план, — Вессон иронически хмыкнул. — Значит, корабли завтра будут нужны?

— Да, нужны. Валь, Грэг, Александер. Чините то, что отломали, и ставьте реакторы на прогрев. Чтобы к утру были тёпленькие.

— Ответчики…

— Ответчики включим непосредственно перед штурмом. Чтобы друг дружку не перестрелять. Дальше: никакой выпивки, — Грэг сурово кивнул. — И никакой анаши; движки включили — и по каютам. Милена, как твои реактивы?

— Ну… многое сделала.

— Заканчивай то, что начала, и убирай стекло по шкафам. И закрепи понадёжнее, фрегат завтра будет летать.

— Поняла.

— Задачи ясны?

— Да.

— Да.

— Да.

— Тогда по местам стоять! Сбор в трюме, завтра в восемь утра.

— А ты чем займёшься? — спросила Милена.

— А я буду думать, — колдун тяжело вздохнул, поднимаясь из кресла. — Буду думать, как дальше жить.

Поспать почти и не удалось. Полночи стучали форвакуумные насосы, тоненько выл упомянутый турбомолекулярный: не зря, наверное, Грэг спрашивал про него. Фрегат скакал и раскачивался на амортизаторах, утихомиривая плазму в своём термоядерном брюхе. Милена, до икоты напившаяся «эликсиров», металась в тяжёлом сне, пару раз пребольно заехав колдуну по лицу. И только под утро, когда реакторы вышли на номинал, а Милена словила наконец R.E.M.[91], удалось ненадолго забыться.

Вессон поймал Саммаэля у самого трюма. Спросил, переминаясь с ноги на ногу, и почему-то на «вы»:

— Мастер Саммаэль. И всё-таки: как вы прокомментируете вчерашнюю информацию? Относительно совпадения гравитационной интерферограммы…

— Да что я, всезнайка? — взъярился спросонья колдун. — Никак не прокомментирую! Хотел бы я спросить какого-нибудь всезнайку: «почему, мол, на глобальной гравитационной картинке — и человечья, блин, рожа?» И чтоб тот мне ответил, разложил всё по полочкам, что, как да почему! Но исторически сложилось, — колдун чуть успокоился. — Что я первый начал заниматься этой проблемой; и пока даже я этого не знаю. А уж «ведьмаки»…

— Грант наверняка знает что-нибудь, — сухо произнёс Александер, входя в трюм.

— Вряд ли, — Саммаэль покачал головой. — «Подкрепление», «вам всё объяснят»… время она тянет! Не знает она, чего именно нам «объяснят». Пришлёт какого-нибудь яйцеголового, который час будет сыпать терминами — а потом разведёт руками. Мол, «вы тут умные — вы тут и думайте». Ну ребята, вы сами все в курсе: это только называется «Айзенгардский астрофизический центр», а на самом деле — полицейская организация! А не научная. И интерферометр у них для дистанционного наблюдения, и биолокатор… Ладно; сейчас не об этом нам думать надо.

— Чё тут думать, — буркнул Грэг, осторожно опуская на стол давнишнюю чёрную сумку. Ох, не удочка у него там, точно не удочка! — Чё тут думать, трясти надо! Всем, кстати, доброе утро.

— Чё? — Мэллони извлёк из чехла ажурную металлическую трубку замысловатой конструкции, и обернулся на удивлённый взгляд Саммаэля. — «Хай стандарт», двадцать три миллиметра, сорок пять килоджоулей[92]. Если специально не юстировать, то с километра в ростовую мишень. А большей точности мне и не надо. И, — Грэг поймал ещё один удивлённый взгляд колдуна. — Да, плазменная.

— Демаскирует, — скептически сказал Саммаэль.

— Плазменный шнур? — механик поморщился. — Да, демаскирует. А что делать, на пулевую винтовку боеприпасов не напасёшься. На Хайнаке, когда охотился, и гильзы после выстрела подбирал, и патроны сам снаряжал… Что? Да на утку охотился, на утку! На мелкую дичь! И охотничий билет имеется! И — да, Валь, я помню, что Хайнаку взорвали, не надо напоминать!

— Грэг, может, тебе достать пулевую винтовку? — спросил Саммаэль. — Могу подобрать что-нибудь под семь-шестьдесят два…

— Не надо! По двуногой дичи, — Мэллони с лязгом защёлкнул на электродной группе наружный чехол, и принялся за сборку задающего генератора. — Эта «малышка» лучше работает.