Самое королевское убийство полностью

– Это ты несешь бред. Ты видишь только мишуру и тепленькую должность, но подумай. Они вытянули счастливый билет при рождении. А мы перед ними расшаркиваемся, как будто они это заслужили, только потому что их предки убили кучу народу в Средние века. Типа, мы даем богатеям – инфлюенсерам, миллиардерам, знаменитостям, членам королевской семьи, да кому угодно – все, что они попросят. Мы даем себя обирать и потом сами восхищаемся ими. Мы дарим им внимание. Говорим: “У тебя больше бабок, чем у меня, поэтому ты лучше меня. Что еще я могу тебе дать?”

– Закрой варежку, а? – прорычал юноша, явно обеспокоенный, что их услышат. Королева узнала голос Артура Распберри, местного мальчишки, которого наняли в грумы прошлым летом. – Они нам зарплату платят.

– Мне нет, – ответила девушка.

– Ага, ты же не работаешь, забыла? Я про маму и папу и себя.

– Только потому, что им принадлежит каждый сраный кустик. Если бы не они, мама с папой могли бы работать на себя. И уверяю тебя, папа не стал бы откармливать птиц только для того, чтобы эти хозяева жизни вместе со своими высоколобыми гостями их постреляли забавы ради.

– Их всех потом съедают, – сказал Артур.

– Как будто это лучше, – фыркнула его собеседница. Гибнут не только взрослые фазаны. Птенцов потом сжирают хищники. Удивительно, что тут вообще кто‐то до сих пор гнездится.

– Они любят животных, ты знаешь это так же хорошо, как и я.

– Ага, в пироге или на стене.

– Надеюсь, я не помешала.

Последняя реплика принадлежала королеве. Она обошла стену и теперь стояла в дверях раздевалки. Два юных бледных личика уставились на нее, застигнутые врасплох и напуганные. Королева отметила одинаковые карие глаза, обрамленные светлыми ресницами.

– У вас очень воспитанный щенок, – сказала королева.

Разговор стоило начинать с приятной ноты, и это было единственное, что пришло ей в голову.

Девушка в радужной флиске и небесно-голубых леггинсах в цвет своих волос соскользнула с высокой полки, на которой сидела. Оказавшись на земле, она моргнула и сказала:

– Он тетин. Я пока за ним приглядываю. Его зовут Нельсон.

– Ваше Величество, – настойчиво прошипел Артур.

– Ваше Величество, – выражение лица девушки явно говорило: и ты знаешь, что я об этом думаю.

– Я пришла проведать Эстимейт, – объяснила королева. – Не беспокойтесь, я знаю дорогу.

Артура это явно не успокоило, он побледнел еще сильнее. Он вытянулся:

– Я провожу вас, мэм. В смысле… Я сейчас ничего не делаю. Мы просто…

– Обсуждали политику, – помогла ему найти нужные слова королева. – Должна сказать, я не была уверена, что ваше поколение таким увлекается. Это обнадеживает. В своем роде.

Девушка не отрывала от королевы взгляда. Затем, будто внезапно вспомнив, она вытянула ногу в ботинке назад и сделала кривоватый реверанс. Осознав абсурдность действа, она вдруг ухмыльнулась.

– Неловко, – пробормотала она.

В ее глазах сверкнуло вызывающее озорство, которое напомнило королеве сестру Маргарет в этом возрасте – да и в любом возрасте, по правде говоря. На Маргарет невозможно было злиться, когда она улыбалась. Королева задалась вопросом, оказывает ли эта девушка такой же эффект на собственную многострадальную семью.

Эстимейт, бывшая чемпионка, была благодарна за мятный леденец. Королева провела с ней немного времени, поздравляя кобылу с рождением первенца. Но она не забыла недавнее разоблачение беззаконий ее собственной семьи. Молодой конюх с несчастным видом мялся рядом. Ей стало жаль мальчика.

– Это была твоя сестра? – спросила она.

Он повесил голову:

– Да, мэм. Ее зовут Айви.

– Понятно. Я заметила семейное сходство. Темпераментная девушка.

– Да, вроде того. Много вы услышали из того, что она болтала?

– Думаю, суть я уловила. Роялисткой ее не назовешь, насколько я понимаю.

– Вроде того. – Артур не знал куда себя девать. – Она не серьезно. То есть серьезно, но ей семнадцать. Она всегда так, мэм, хватает через край. Иногда влипает из‐за этого. Поэтому все время проводит с лошадьми, хотя, по идее, ее тут быть не должно. Но она так здорово с ними обращается, вроде как… мысли их читает или что‐то в этом роде. И только здесь она расслабляется немного. После тетушкиной аварии Айви прямо сама не своя. А потом еще она нашла эту руку.

Королева обернулась:

– Руку обнаружила твоя сестра?

– Ага. На пляже. Сначала подумала, что это морская звезда или что‐то такое, но…

– Бедная девочка. Какой шок.

Артур скривился от воспоминания:

– Да уж. Айви весь день тряслась от страха. Заперлась в своей комнате и не выходила несколько часов. Будь все как раньше, она пошла бы к тетушке, но сейчас никак.

Юный конюх выглядел жутко расстроенным. Отсутствие тетушки, очевидно, давалось тяжело.

– Ты упомянул аварию? – осторожно поинтересовалась королева.

– Да. Ее зовут Джуди, мэм. Джуди Распберри. Она казначей в Женском институте. Вы с ней встречались пару раз.

Визит в Женский институт в Уэст-Ньютоне, ближайшей к поместью деревушке, был для королевы ежегодной зимней традицией.

– Да, конечно, я знакома с миссис Распберри. Что произошло?

Артур рассеянно провел рукой по волосам.