– Разумеется. Ну, если я правильно понял, то вообще‐то на этом берегу есть приливной дрейф, который идет с севера на юг, но среди водоворотов на нашем маленьком участке Уоша он идет с юга на север. Моделирование, которое провела группа судебно-медицинских экспертов, предполагает, что пакет, скорее всего, выбросили в реку Грейт-Уз недалеко от Кингс-Линн за пару дней до шторма. То есть где‐то между девятнадцатым и двадцать первым декабря, через четыре-шесть дней после исчезновения мистера Сен-Сира. Рука была в хорошем состоянии до того, как ее бросили в воду, поэтому вопрос в том, где она – и он – находились в течение этих четырех-шести дней.
– Ясно. У полиции есть какие‐то предположения?
– Похоже, что тело хранилось в холодном месте, возможно, в погребе. Труднее определить, в какой момент рука был отсоединена после смерти. И остается также вопрос зачем. Блумфилд склоняется к мысли, что это все же работа профессионала. Они рассматривают несколько версий. Например, мистер Сен-Сир был должен определенную сумму денег, слишком любил азартные игры.
– Да, помню, – сказала королева. – Иногда он играл здесь на деньги. Он был очень хорош за карточным столом. Однажды мы поставили в салоне рулетку, и он весь вечер стоял возле нее, как приклеенный.
– Полиция собрала специальную группу, которая изучает его финансы. Пока нет очевидных свидетельств о крупных ставках, которые могли бы поставить его в трудное положение. Никаких признаков снятия крупных сумм с банковских счетов. То есть списания были, но в последнее время они были почти исключительно посвящены таким вещам, как электрические заборы и дикие пони. Я могу узнать, в чем тут дело, если вы…
– Я знаю, в чем тут дело, – сказала королева. – В одичании.
– Оди..?
– Почитайте на досуге, Саймон. Весь Северный Норфолк только об этом и говорит. Герцог очень увлечен.
– Обязательно, мэм. “Одичание”. – Он записал. – В то же время полиция ищет тело в самом Эбботсвуде на случай, если поездка в Лондон была своего рода двойным блефом. Затем они прочешут поместье мистера Фишера в Манкастере.
Королева закатила глаза, и это не ускользнуло от внимания секретаря.
– Он не раз угрожал убить мистера Сен-Сира, при свидетелях, – напомнил он.
– Да, но честное слово, Саймон. Мистер Сен-Сир умел пробуждать такие чувства в людях. Он был не самым удобным соседом.
– Мягко сказано.
Королева вздохнула:
– В любом случае, мистера Фишера, кажется, не было в стране пятнадцатого числа.
– Не было, мэм, но, думаю, что полиция считает его одним из тех, кто – как это говорят – сам не делает грязную работу. И это несколько затрудняет наше положение.
– Каким образом?
– Последний, кому мистер Сен-Сир звонил перед поездкой в Лондон, – Джулиан Кэссиди.
– Мистер Кэссиди? Новый менеджер по консервации? Бобовый счетовод?
– Так точно, мэм. Как вам известно, до ноября он работал у мистера Фишера. Я так понимаю, имели место определенные соседские разногласия. В начале декабря видели потасовку мистера Кэссиди и мистера Сен-Сира на автостоянке отеля “Мерин и гончая” в Касл-Райзинг. Мистер Сен-Сир не выдвигал обвинений, но было несколько свидетелей.
– О боже, – вздохнула королева. Как некстати. – Мы знаем, в чем причина?
– Не совсем. Кэссиди утверждает, что они повздорили из‐за парковочного места.
– Но полиция считает, что Кэссиди мог убить Неда по указке Фишера, пусть даже они уже не были связаны рабочими отношениями. Саймон, должна сказать, мне такой сценарий кажется весьма маловероятным.
– На данный момент они не знают, что и думать, мэм. У мистера Кэссиди нет алиби на пятнадцатое, в отличие от мистера Фишера. И он действительно пытался ударить мистера Сен-Сира. Но на него это совсем не похоже.
– Приятно слышать. Нам не известно ни о каких других эпизодах с насилием? Стоит ли начинать беспокоиться?
– Мы ничего такого не знаем. Я поговорил с управляющим. Рекомендации Кэссиди безупречны, и, если уж на то пошло, наши работники знают людей, которые знакомы с Кэссиди много лет, еще со времен биологического факультета Оксфорда. Он был известен тем, что спасал раненых птиц и ежей, и все в таком роде.
– Даже так?
– Да. У него были поклонницы, которые принимали его за кого‐то вроде святого Франциска Ассизского. Возможно, они были не в курсе, что по выходным он ездит на охоту. У него репутация человека абсолютно неконфликтного.
Королева попыталась представить, как бобовый счетовод мчится в Лондон из Сандрингема с красной пеленой на глазах… Но, конечно, пелены быть не могло: Неда, похоже, заманили в столицу. Все было спланировано. Это было представить еще труднее. Не хотелось бы укрывать в своем поместье хладнокровного убийцу, но пока она не считала проблему актуальной.
Вскоре после сэра Саймона в кабинет вошла миссис Мэддокс, которая принесла для утверждения меню на неделю. Экономка заметила мрачное выражение лица королевы и спросила, может ли она чем‐то помочь.
– Не думаю, – признала королева. – Интересное утро, конечно. Вообще‐то кое‐что вы можете сделать. Не знаете, как дела у миссис Распберри из Женского института? Я так поняла, она побывала в аварии.
