Но самое главное – сэр Саймон хотел помочь в деле о пропавшем человеке. Что касается преступлений в непосредственном окружении королевы, то недавно он доказал, что у него есть талант к изобличению правонарушителей. Сэр Саймон точно не знал, в чем здесь дело – возможно, в навыках, которые он невольно приобрел на флоте или в министерстве иностранных дел. Ее Величество, должно быть, чувствует себя сейчас особенно уязвимой. Он хотел быть рядом, чтобы защитить ее. Вообще‐то для сэра Саймона стало большим сюрпризом, что она не попросила его прервать отпуск. Несмотря на это, он представлял себе облегчение королевы, когда ее первый помощник наконец доберется до Норфолка.
В понедельник, второго января, в “Рекордере” появилась новая статья.
ПРОПАВШАЯ КОРОЛЕВА
Второе воскресенье подряд Ее Величество не посещает традиционную королевскую процессию в сандрингемской церкви Св. Марии Магдалины. Для пожилой королевы это беспрецедентно, ведь она десятилетиями не пропускала этой службы. Источники во дворце передают, что королева сильно простужена, но также ходят слухи, что она огорчена насильственной смертью друга семьи Неда Сен-Сира, чья отрубленная рука была найдена в нескольких минутах ходьбы от поместья Сандрингем. Местные жители обеспокоены состоянием здоровья монарха, но говорят, что бравая королева “обязательно прорвется”, проявив свою обычную “дюнкеркскую” выдержку.
– Что за дребедень? – вопросил Филип, комкая газету и бросая бумажный шар в сторону камина. – Какие такие “местные жители” беспокоятся о твоем здоровье? Кто в здравом уме будет звать тебя “бравой”?
Королева была слишком зла, чтобы отвечать. Она решила отвлечься и навестить лошадей.
Подъехав к стойлам на своем любимом лендровере, она обнаружила, что двор безупречно прибран и пуст. Решение посетить стойла было принято в последнюю минуту, и никто не вышел ее поприветствовать. Королева была не против – на самом деле она даже почувствовала некоторое облегчение. У нее пока что не было сил обсуждать с менеджером успехи каждой кобылы и жеребенка: ей просто хотелось поприветствовать старых друзей, раздать праздничные мятные леденцы и вернуться к камину.
Оставив офицера охраны у машины и пройдясь по заиндевевшей брусчатке, она сделала остановку возле раздевалок, чтобы отдышаться, покашлять и проклясть грипп, из‐за которого у нее все еще кружилась голова. На королеву смотрел блестящий угольно-черный щенок кокер-спаниеля. Пес сидел один и ждал хозяина. Королева впечатлилась тем, насколько хорошо он себя ведет, и наклонилась, чтобы погладить мягкую шерсть. Сквозь щель в окне раздевалки она услышала женский голос – что‐то про паразитов. Она задалась праздным вопросом, не обсуждают ли внутри болезни лошадей. Когда дело касалось животных, королева всегда была рада узнать что‐то новое.
– Шшш, нельзя такое говорить! – зазвучал мужской голос.
Внимание королевы привлекло именно это “шшш”. Она замерла и стала слушать внимательнее.
– А я
– Ему сколько, почти сотня? Она не лучше. Оба практически из девятнадцатого века.
–
– Еще какая правда. Я бы смогла управлять поместьем ничуть не хуже нее, – настаивала девушка.
– Даже лучше. Для начала я не стала бы отстреливать половину птиц в округе.
– Несешь какой‐то бред, – сказал юноша.
