– Нет, арендаторы. Уверен, у вас точно так же. Хотя все они обожали Ли, – добавил он мягче. – Уверен, Флору тоже полюбят. Она хочет для Ледибриджа только самого лучшего.
Они продолжали путь вдоль рва, пока не поравнялись со зданиями на противоположной от подъемного моста стороне особняка, где работы над будущей кондитерской были очевидны по отсутствующим оконным рамам и слою брезента на уровне земли, один из листов которого меланхолично развевался на ветру.
– Словно Форт-Бридж, – прокомментировал Хью. – Вечный недострой.
– И все же всегда узнаваемый, – сказала леди Кэролайн. – Уверена, Сен-Сиры считали, что над домом еще нужно поработать ровно с того момента, как начали здесь жить, не думаете?
Хью усмехнулся:
– Наверное, вы правы.
Обогнув следующий угол, они услышали оклик и увидели Флору, машущую рукой с дальнего конца тропы. Рози стояла рядом с ней. Даже издалека королева уловила движение плеч Рози, которое означало, что помощнице есть что рассказать. Отлично. Тем временем ее собственные мысли неслись галопом. Им с Рози было что обсудить.
Вернувшись в салон, семья собралась перед телевизором, чтобы засвидетельствовать инаугурацию сорок пятого президента США. Ему было семьдесят, что посчитали нужным упомянуть комментаторы – столько же, сколько Неду, но, очевидно, впереди у президента было еще много лет и свершений. Не все его обещания были популярны, если судить по протестам, проходящим по всему миру, и отсутствию в толпе известных лиц. Но королеву тронуло вступительное слово сенатора Бланта о “привычной и одновременно потрясающей” традиции мирной передачи власти.
В наши дни люди склонны принимать это как должное. Как увлеченный любитель истории, королева прекрасно понимала, что передача власти может быть кровавой и опасной. Ее тезка из шестнадцатого века жила в постоянном страхе переворота. Дальний родственник, Николай II, потерял всю семью и собственную жизнь из‐за революции. Война за независимость, раздел Ирландии… список был длинным, жестоким и не таким уж древним. Семье Филипа пришлось бежать из Греции, спасая свои жизни. “Обыкновенное чудо” мирной передачи власти было очень ценным. Если бы в учебниках истории королеве отвели всего две строки, то они выглядели бы так: в течение семидесяти лет, насколько это зависело от нее, передача власти в странах любимого ею Содружества происходила мирно. Не всегда этот переход был счастливым, и не всегда она была в полной мере довольна новыми правительствами, но нельзя в этой жизни получить все, что хочется.
Королеве не удалось улучить и минуты наедине с Рози до конца дня. Следующим утром сэр Саймон должен был принести очередную коробку с документами, но королева с облегчением увидела, что Рози взяла эту обязанность на себя. В осанке Рози все еще читалось нетерпение.
– Узнали что‐нибудь полезное? – начала королева, даже для порядка не взглянув на содержимое коробки.
– Думаю, да, – Рози рассказала, как Флора холодно и уклончиво говорила о Крисе Уоллесе. – Она рассказала, что жена Уоллеса дружила с баронессой, что их дети росли вместе. Но ничего про выселение из коттеджа. Флора отрицала сам факт. Потом она резко отвлеклась на ядовитый сад.
– У них есть ядовитый сад?
– Уже нет. Флора сказала, что пришлось от него избавиться из‐за посетителей. Понятно почему. Судя по всему, ее брат в детстве чуть не умер от отравления аконитом.
– Боже.
– Барон в ярости приказал было все выкорчевать, хотя сад был любимым детищем его супруги.
Королева удивилась:
– Не похоже на Хью. – Королева подумала еще секунду. – Очень непохоже. Как интересно.
– А как прошел ваш разговор, мэм? – поинтересовалась Рози.
Королева поджала губы, взяла со стола перьевую ручку и повертела в руках колпачок.
– Мне напомнили, как важен был в юности для Неда Ледибридж. К тому же Хью женился на девушке, к которой Нед и сам был неравнодушен. Было бы логичнее, если бы это Нед убил кузена много лет назад.
– Лорд Манди уехал с Недом. Они могли повздорить в машине, – предположила Рози, продумывая версию на ходу. – А потом… Мог барон поехать за ним в Лондон?
– Только если Флора, викарий и букинист все сговорились.
– Твердое алиби, – улыбнулась Рози. – Прошу прощения, мэм, я тут выдумываю глупости про ваших знакомых.
– Нет-нет. Полезно рассмотреть все варианты. Однако отношения Хью с сыном не слишком теплые, хоть ему и хотелось бы убедить меня в обратном.
– Он чуть голову не потерял, когда Валентин отравился аконитом, – напомнила Рози.
– Правда, – согласилась королева. – но это было много лет назад.
– Лорд Манди, очевидно, поддерживает сына. Вся эта история с гей-браком. Впечатляет.
Королева заметила, что Рози уже чувствует себя увереннее в своей роли, вплоть до того, что начинает подвергать сомнению предположения начальницы – весьма полезное качество в подобной ситуации.
– Он производит впечатление тихого, скромного мужчины. Наверняка ему было нелегко, – продолжила Рози.
– Возможно. Соглашусь, подобная невозмутимость весьма необычна для такого, скажем так, старомодного пэра, как Хью. Особенно, когда на кону столько всего.
