Рики Депископо рванулся к каменной стене. Он заметил лошадь и всадника, затем приметный платок на седой голове – Босс. Сначала королева с всадником, казалось, довольно дружелюбно болтали. Рики решил, что, возможно, королева не заметит, как надолго они ее оставили. Возможно, она не будет сердиться. Но вот лошадь встала на дыбы, а Босс, которая обычно так хорошо ладила с животными, отступила на шаг.
– Назад! Полиция!
Всадник повернул голову на возглас, как раз когда прямиком к стене мимо Депископо пронеслась размытая фигура.
– Стой, или буду стрелять!
Депископо подумал, не слишком ли остро он реагирует. Его тренировали обезвреживать террористов и психов, преследующих министров. Его не учили, что делать с большой напуганной лошадью на грязном поле перед главой Соединенного Королевства. Он навел прицел на голову всадника и заколебался.
Рози тем временем перемахнула через стену и теперь летела через кочки, чтобы добраться до королевы. Все, о чем она могла думать, – безопасность Босса. У нее не было оружия, поэтому она просто встала между королевой и жуткими копытами.
Грохнул выстрел.
Всадник окинул взглядом полицейского, стоявшего на краю поля с пистолетом в руке, затем Рози. Казалось, он что‐то решал. Его тело качнулось вперед и назад в седле. Он поднял руку, и Депископо выстрелил, прежде чем противник успел бы дотянуться до оружия, если оно у него было. Но полицейский промахнулся. За то время, что ему потребовалось, чтобы скорректировать прицел, всадник развернул лошадь, расстегнул подбородочный ремень и сбросил каску. Депископо выстрелил снова и опять промахнулся, потому что лошадь рванула с места.
Всадник бросил на королеву последний, короткий взгляд через плечо. Втроем они наблюдали, как Хью повернулся и галопом направился в самый дальний угол загона, где изгородь была выше всего. Преодолеть ее не было шансов. Всадник дважды хлестнул лошадь и наклонился вперед в седле. В двух шагах от изгороди он сделал отчаянный рывок, но задача была невыполнимой. Раздался тошнотворный крик, а затем на поле спустилась тишина.
– Мертв, мэм.
Сэр Саймон почтительно стоял по стойке “смирно”. Королева, сидя за карточным столом в гостиной в Сандрингеме, потягивала лечебный бренди. После случившегося продолжить путешествие в Ньюмаркет было невозможно. Сэр Саймон только подтвердил то, что она уже знала.
– Они сказали, смерть наступила мгновенно?
– Да, мэм. Обширная черепно-мозговая травма. – Сэр Саймон беспомощно пожал плечами.
Большую часть времени секретарь был невозмутим, поэтому легко было забыть, что за профессиональными манерами скрывается чувствительная душа.
– А лошадь? – спросила королева.
– В порядке. Ни царапинки, насколько мне известно.
– Ох, славно. – Она не хотела показаться бессердечной, но животное никого не убивало – по крайней мере специально.
Королева переживала за лошадь.
– Что мне непонятно, так это каким образом лорд Манди вообще там оказался? Разве он не должен был находиться под стражей? – поинтересовалась она. – Или хотя бы под присмотром полиции?
– Я поговорил об этом с констеблем.
– Но разве к этому моменту он не был главным подозреваемым в деле об убийстве?
– Полиция не хотела допустить ту же ошибку, что с Джеком Лайонсом. Они ждали, пока найдут тело, и даже при этом не были абсолютно уверены, кого из членов семьи необходимо арестовать. Излишняя осторожность, мэм. Главный констебль передавал глубочайшие извинения.
– Не в первый раз я из‐за него оказываюсь в гуще событий.
– Думаю, он это осознает. Когда я позвонил, чтобы узнать, что произошло, он предложил подать в отставку.
– О, да боже ж мой, – королева отхлебнула бренди, – он хороший полицейский. Вечно хорошие предлагают подать в отставку, а плохие остаются на местах. В любом случае, теперь у них есть тело. Буду ждать полного отчета.
Сэр Саймон пообещал передать ей рапорт, как только он будет готов. После такого дня он и сам с нетерпением ждал возможности налить себе стаканчик.
На следующее утро в “Рекордере” красовался эксклюзивный заголовок:
