– Я две двойки получил. Она со мной не разговаривает.
– Хороший подарочек! Мы просто с тобой свиньи, – сказал папа. Знаешь что, сходи в магазин и купи маме торт.
Но по дороге в магазин, пробегая мимо нашего сквера, я увидал маму. Она сидела на скамейке под развесистой липой и разговаривала с какой-то старухой. Я сразу догадался, что мама никуда не уходила. Она просто обиделась на папу и на меня за свой день рождения и ушла.
Я прибежал домой и закричал:
– Папа, я видел маму! Она сидит в нашем сквере и разговаривает с незнакомой старухой.
– А ты не ошибся? – сказал папа. – Живо тащи бритву, я буду бриться. Достань мой новый костюм и вычисти ботинки. Как бы она не ушла, волновался папа.
– Конечно, – ответил я. – А ты сел бриться.
– Что же, по-твоему, я должен идти небритым? – Папа махнул рукой. Ничего ты не понимаешь.
Я тоже взял и надел новую куртку, которую мама не разрешала мне ещё носить.
– Юрка! – закричал папа. – Ты не видел, на улице цветы не продают?
– Не видел, – ответил я.
– Удивительно, – сказал папа, – ты никогда ничего не замечаешь.
Странно получается у папы: я нашёл маму и я же ничего не замечаю.
Наконец мы вышли. Папа зашагал так быстро, что мне пришлось бежать.
Так мы шли до самого сквера. Но, когда папа увидел маму, он сразу замедлил шаг.
– Ты знаешь, Юрка, – сказал папа, – я почему-то волнуюсь и чувствую себя виноватым.
– А чего волноваться, – ответил я. – Попросим у мамы прощения, и всё.
– Как у тебя всё просто. – Папа глубоко вздохнул, точно собирался поднять какую-то тяжесть, и сказал: – Ну, вперёд!
Мы вошли в сквер, шагая нога в ногу. Мы подошли к нашей маме.
Она подняла глаза и сказала:
– Ну вот, наконец-то.
Старуха, которая сидела с мамой, посмотрела на нас, и мама добавила:
– Это мои мужчины.
Здравствуй! Вот я и добрался. Теперь не страшны дальние расстояния. От Москвы до Петрозаводска летел три часа. А от Петрозаводска до места назначения еще два, уже на вертолете. Здесь вертолеты в большом ходу – поселки от города расположены далеко и женщины по воскресеньям даже на базар летают на вертолетах…
Летел я, летел и залетел в лесные края. Завод стоит на вырубке, а дома – прямо в лесу, тесным кольцом. Улицы – лесные тропинки. Электрические лампочки висят на деревьях.
Людей мало, а снегу много. Поэтому все ходят на лыжах. Мальчишки и девчонки. Учителя и строители. Школьные нянечки тоже на лыжах. И я хожу на лыжах. А если без лыж, можно провалиться в снег по самую макушку.
Все. На первый раз достаточно. Передай привет маме.
Сегодня я злой. Узнал, что рабочий поселок решили строить на старом месте, вокруг завода. Раньше тут завод был небольшой, но теперь неподалеку открыли новые залежи железной руды и начали строить завод-гигант. И получится, что заводские корпуса подойдут вплотную к жилым домам.
Я, как узнал, сразу пошел к начальнику строительства.
– Ну, знаете, это сложнейшее дело, сложнейшее. – Начальник был важный и усталый. От усталости он часто закрывал глаза. – Мы, прежде чем решить этот вопрос, комиссию создавали. Я сам был во главе этой комиссии. На новом месте нужно все заново осваивать, а здесь все готово. Дешевле.
– Нет. Здесь строить нельзя, – сказал я. – Жить в лесу, а дышать заводским дымом. Смешно!
– Но план строительства жилых домов составили, и точка. Переделывать его мы не собираемся.
Начальник снова закрыл глаза, и я еле удержался, чтобы не толкнуть его ногой под столом.
– Нужно переделать, – сказали.
– Что вы! – Начальник даже улыбнулся. – Это несерьезно, план экономный – и вдруг переделывать.
Начальник здесь тоже человек новый. Его прислали из Петрозаводска. Он там работал в какой-то конторе. Он всю жизнь работал в конторах. Бывают, правда, и в конторах хорошие люди. Но этот – настоящая конторская крыса. Бумажка для него была важнее человека.
– Экономия? Во вред человеку!
– Не понимаю, чего вы так горячитесь? Вам-то здесь не вечно жить.
– А вам здесь жить? – спросил я.
– Нет.
– Ах, нет, – сказал я. – Ну, тогда я постараюсь, чтобы вы отсюда уехали раньше меня. Можете не посылать свой план на утверждение, все равно не утвердят.
Я не слышал, что мне ответил этот сонуля. Я повернулся и так хлопнул дверью, чуть с петель не сорвал.
Я был злой и сказал вслух, чтобы все, кто сидел в приемной, слышали:
– Где его нашли, такого начальника? Ископаемое! Бюрократ!
После теплого кабинета начальника на улице я чертовски замерз. Пока я возился с лыжными креплениями, у меня пальцы на руках заледенели и перестали гнуться. Но, несмотря на холод, на пустыре, где будут строить новые заводские цеха, работали проектировщики. Они измеряли поле.
Проектировщики работали в толстых варежках, и поэтому рулетка часто выпадала у них из рук. Для того чтобы ее достать, им каждый раз приходилось снимать варежку и опускать руку в снег.
«Пальцы у них, вероятно, превратились в деревяшки, хуже, чем у меня, – подумал я. – А они работают!»
Разозлился я и решил: утром выйду, наплюю на мороз и на начальника и поеду искать новое место для поселка. А там повоюем!
