Встал в 5 час. утра. Прекрасный серенький денек в горах. По отрогам их пестреют в разных местах палатки полков дивизии, внизу, в широкой плоской лощине, расположилась артиллерия; по ту сторону горного ручья развеваются Красные Кресты нашего дивизионного лазарета, Евгеньевской общины и Харьковского земского отряда. В 8 час. утра отправился по случаю праздника на богослужение в Нежинский полк, где присутствовал и весь штаб корпуса.
Мы стоим от наших позиций всего в 6–7 верстах. По временам слышатся как будто громовые удары. Это, может быть, артиллерийская стрельба, а может быть, динамитные взрывы гор, совершаемые саперами с целью улучшения путей нашего отступления. Вот теперешнее положение дел: Куропаткин спасает армию, очистил Хайчен и укрепился в Айсандзяне…
Ничему нас не учит история; все ошибки прежних войн мы со стереотипной точностью повторяем и теперь. Поневоле вспоминается 1812 год, когда пришлось в конце концов спасать армию от Наполеона, на которого сначало было двинулись вразброд. Потребовался Кутузов. Необходтмо было устранить разлады между военачальниками. То же и теперь…
Бильдерлинг (командир корпуса) отправил Куропаткину телеграмму из 1500 слов, отказываясь от командования Восточным отрядом за немыслимостью обороняться на два фронта на протяжении 60 верст. 2‑я наша бригада из-под Хайчена отправлена по железной дороге оборонять Мукден.
Развешаны всюду (на станциях и других местах) плакаты, строго воспрещающие публичную критику действия начальствующих лиц под угрозой больших наказаний.
23 июля.
День жаркий… Последнее известие: японцы энергично наступают, стремясь числом около 20 тысяч вклиниться между Айсандзяном, куда отступил Куропаткин, и востоком…
Главная масса японцев прет на Мукден или между нами и Ляояном, стараясь охватить нас с тыла. Где они намерены нанести нам удар и где делаются ими демонстрации – решить невозможно. Разведка у нас считается весьма плохой. Куропаткин не располагает фактическим материалом, чтобы самому как следует ориентироваться и знать, где предстоит решительное сражение…
В силу нашего авось да небось на днях 10‑й пехотный Тамбовский полк без выстрела потерял 800 человек, попавши в засаду к японцам из 2 рот…
24 июля.
Утром в часов 5 двинулись на Тайпин, за которым в нескольких местах нашими разъездами обнаружена была якобы рекогносцировка со стороны японского полководца Оямы, где и предполагается удар противника. Но было ли это серьезное намерение разведки, чтобы сделать наступление, или лишь обычная диверсия, демонстрация, покажет ближайшее будущее.
По всей вероятности, это хитрость, чтобы нас одурачить, а движение дальновидные и осторожные японцы могут совершить севернее – в обход к Мукдену. Мы же все блуждаем и ищем ветра в поле.
26 июля.
…Куроки наступает энергично. Нам приказано вместе с Восточным отрядом оказывать ему возможно упорное сопротивленипе, чтобы Куропаткин успел спасти армию, а из Мукдена пустить часть ее в обход к японцам.
Дождь все льет и льет. Грязь невылазная. Переправа через р. Тайцзыхе сделалась невозможной, затонули несколько повозок и лошадей; на той же стороне затонули и все склады. Будут придумывать, как туда организовать переправу. Вечером, часов в восемь, послышались с востока глухие орудийные выстрелы…
28 июля.
Завтра в 5 часов утра приказано выступать назад, опять в Сяолинцзы, откуда будем подходить все ближе и ближе к Ляоляну. Между Яючи и Кавлицыном, по юго-восточной большой дороге от Ляояна, по которой мы уже проходили, придется нам укрепиться и оказать неприятелю сопротивление…
19 июля.
Утром в положенный час выступили из Тайпина (Ампина) на Сяолинцзы. Отступаем! По деревням же приказано идти солдатам с музыкой и песнями…
30 июля.
Сегодня все обозы и дивизионный лазарет рассылаются впереди строевых частей по дороге Ляоян – Кавлицынь, а завтра, когда путь уже освободится от пробок, тронемся и мы…
Получена секретная директива от командующего группой восточного фронта для объявления через начальников частей нижним чинам и офицерам, что-де все действия отхождения войск назад, к Ляояну, имеют лишь одну-единственную цель – выигрыш времени для основного сосредоточения армии и последовательного общего перехода в наступление…
31 июля.
Спустившись через перевал, немного остановились в Ванбатае у госпиталя № 15, где нас радушно напоили и накормили…
1 августа.
Чувствуется хорошо, что время приближается к осени, за ней – зима, а там наступит пора и возвращатьмя на милую родину!
2 августа.
Дождь льет. На душе самая темная мгла; да еще пришли скверные слухи о весьма неудачном выходе нашей Порт-Артурской эскадры, очевидно, крепость скоро капитулирует.
Для отражения нападения японцев выбрана уже позиция, указан район, где придется раскрыть действия главного перевязочного пункта – в полутора-двух верстах от позиции. Чтобы сократить тяжелые минуты грусти, принимаюсь за чтение Лермонтова.
3 августа.
