— Помолчите, молодой господин, невежливо перебивать старших по возрасту! Так вот, нанореперы позволяли чётко фиксировать малейшие изменения ауры, связанные с деятельностью определённых участков мозга. Точное считывание мыслей таким образом невозможно, но намерения, желания, реальные нужды определить легко. Конечно, настоящий учёный должен быть уверен в своём открытии! Поэтому воодушевлённые успехом исследователи попробовали решить и обратную задачу — определёнными изменениями электромагнитного поля изменить ауру, сформировать у подопытного вполне определённые намерения, желания, нужды вне зависимости от его истинных потребностей. Надеюсь, вы поверите, что и в этом они также добились успеха?
— Оу, — непроизвольно вырвалось у Артора. Почему то мысль о том, что настроение, надежды, желания могут быть сформированы кем-то посторонним, показалась крайне болезненной. Она будто бы тяжёлым кулаком вломилась в солнечное сплетение, перехватив дыхание. Лишь пару мгновений спустя всё вошло в норму. — Но это означает…
— …что власти Конфедерации более двух тысячелетий врут своему народу. И продолжают врать. Ну и что? Всякая власть на протяжении всей человеческой истории врала постоянно, и соседям, и тем более, собственному народу. Почему же нынешняя должна стать исключением?
Артор промолчал. Его уютный мир, Колыбель, такой ласковый к своим детям, дал первую трещину, когда его, без вины виноватого, осудили и послали на Торгу. Всё время от ареста до суда и после, до места окончательной ссылки, он находился в каком-то полусне, полузабытье. Никак не мог поверить, что всё происходит именно с ним. Ему казалось ещё чуть-чуть, и кошмар уйдёт, Артор проснётся в своей небольшой квартирке на Колыбели и отправиться в очередной рейс на великолепной «Кассиопее».
Сейчас же, то ли из-за слов старика, то ли под действием ароматного дыма он проснулся, и перед внутренним взором нестерпимо ясно встала вся его жизнь винтика внутри огромной безжалостной машины, которую только слепец мог перепутать с родным домом. Стенки колыбели затрещали, но пока устояли. В глазах неудержимо защипало, и он, будто мальчик, отвернулся от сурового и требовательного взгляда дедушки Цао.
— Слёз прозрения не надо стыдиться, молодой господин, — сочувственно сказал ханец. — Стыд вызывают слёзы жалости. Я рад, что вы поняли, почему именно это открытие стало основой современного цивилизованного общества. Как ни пытались заигравшиеся детишки сохранить тайну найденной шкатулки, взрослые всё равно узнали про неё и, само собой, отобрали. Понятно, такое открытие требовалось держать в тайне, но применить его в секрете от правителей невозможно. Именно правители собрали тайный коллектив учёных, разработавших наноботы универсальной прививки…
На этот раз удар был ещё страшнее. Уютная Колыбель Артора Кристиана Эвесли сломалась, а острые щепки жёстко исцарапали душу. Универсальную прививку делали всем детям Конфедерации без исключения в возрасте от восьми месяцев до года. Официально она защищала от всех мыслимых и немыслимых болезней, сохраняя миллионы жизней на всех планетах, которые иначе были бы безвозвратно потеряны.
— Не всё так плохо, молодой господин. Прививка действительно защищает от болезней, да вы и сами это должны понимать. Просто это не единственная её цель. Благодаря контролирующим наноботам универсальной прививки человечество забыло о болезнях, войнах, массовом неприкрытом насилии. Люди смогли, наконец, объединиться в единой Конфедерации. Не стану отрицать, современное человечество живёт счастливее, чем в любой другой период своего существования. Кстати, именно из-за прививки планета-прародительница в общественном сознании перестала быть Землёй и превратилась в Колыбель. В едином человечестве именно этот образ стал базовым для системы контроля ауры. Без сомнения, контролирующие боты эффективны далеко не везде, действуют не мгновенно и не всегда, но в целом, для большинства, они — несомненное благо.
— Но тогда почему…
— Потому, молодой господин, что не это — главный секрет властей Конфедерации. Главная тайна, из-за которой мы все оказались здесь, иная, и за обладание ею не ссылают на Торгу, а убивают безжалостно, сразу. Конечно, если такой несанкционированный носитель будет выявлен.
— Что же вызывает такой лютый страх у офиков? — Артор уже отошёл от шока, вызванного словами старика, и в душе всё сильнее разгорался огонёк сомнения.
— Нет, молодой человек, берите выше, у номинесов и у особого круга допущенных к секрету доверенных офиков.
— И много их? — В голосе Артора неожиданно для него прозвучали оттенки недоверия. Ещё бы! Любая тайна подобна бомбе с часовым механизмом, только вместо часов — число обладающих ею лиц. Чем больше число, тем вероятнее разоблачение. А тут старик говорит о тысячах посвящённых, — и никто не проболтался? Да стоит лишь слегка намекнуть, поднимется такая буча!
