— Извини, племянник. Я вынужден принять меры, чтобы ты молчал обо всей этой истории. Ничего фатального, конечно. Обычное нейропрограммирование. Контекстная блокировка речевого аппарата. При попытке что-либо рассказать о себе или о деле у тебя откажет язык. Это уже ради моей безопасности. Ничего личного, дорогой.
Людов кивнул своему помощнику и вышел из камеры. А огромный чернокожий человек, скорчив свою самую страшную рожу, вытащил из сумки-кобуры на форменном поясе небольшой инъектор с заправленной ампулой.
Три дня прошли незаметно. Они с Карин обживались в своих апартаментах, две уютные спальни, просторный холл, великолепный санузел с душем, широкой ванной — почти бассейном… Всё это было богаче и шикарнее простенькой квартирки на Колыбели, которую Артор арендовал лет сорок. Несомненно. Несмотря на вторую спальню, Карин каждый вечер уже вполне по-хозяйски приходила к нему и доверчиво прижималась всем телом, долго рассматривая его лицо своими тёмно-карими глазами. Будто боялась забыть. Или опасалась: закроет глаза, и всё исчезнет.
Артор не спрашивал подругу, как и за что она оказалось на Торге. Прошлое больше не имело значения. Да и какое прошлое могло быть у молоденькой девчонки, буквально вчера вступившей в настоящую жизнь. Сразу на каторгу. Оставалось лишь дивиться гримасам судебной системы современного рая, ведь именно так говорили о Колыбели медиа-каналы.
С утра они на скутере Артора отправлялись в Вельд, где Артор учил Карин собирать тка. Она уже достигла определённых успехов, стараясь аккуратно подхватывать отделяющиеся листики, не прилагая грубой силы к веточкам. Итогом стали уверенные норма-полторы за неполный рабочий день, который они проводили в Вельде. Артор без усилий собирал четыре-пять норм, успевая общаться с Маленьким-мальчиком-из-Вельда, как теперь он себе представлял тка. А ещё через несколько дней Эвесли собирался вместе с Карин посетить Порт, точнее, ремонтную мастерскую и магазины. С разрешения коменданта, конечно. Надо бы приодеться и приобрести всякие полезные бытовые мелочи.
И каждый вечер на закате он поднимался на вал. Один. Карин пока боялась и предпочитала оставаться дома, готовя ужин из закупленных в столовой продуктов. А он — он не мог пропустить эти минуты, ненадолго приближающие его к космосу, к звёздам.
Впрочем, никаких звёзд Артор не увидел. Светило давно ушло за горизонт, и всю равнину заливал прозрачный, очень слабый рубиновый свет ночного неба Торги, затейливо разукрашенного странными блекло-красными узорами. Только жёлтый глаз Имира ярко сиял просреди этого странного ковра.
Правда сегодня, сверившись с ибром, Эвесли разглядел невысоко над полуночным горизонтом серое пятнышко Третьей. И всё. Никаких жемчужных россыпей, никакого Млечного Пути, пересекающего ночное небо на Колыбели. Он уже собрался уходить, когда в будто укутанной мягкой шубой тишине Вала раздались почти неслышные шаги.
— Молодой господин! — С этим негромким возгласом, звучащим подобно ветру, перебирающему песок Вельда, дедушка Цао как призрак материализовался из окружающего сумрака. — Подождите, молодой господин!
Эвесли не видел старичка ханьца с момента встречи в ангаре Порта. И сейчас откровенно удивился.
— Да, дедушка Цао, — Артор повернулся к неожиданному собеседнику.
— Хочу выразить восхищение вашими успехами, молодой господин. Вы удивительно быстро смогли преодолеть путь, на который у большинства уходят десятилетия тяжёлой работы.
— Мне просто повезло, — отозвался Артор, рассматривая неожиданного собеседника со всё большим изумлением. Что может быть нужно старику? Он работает на контрабандистов? Ищет информацию о происшедшем? Хочет его подставить? Откуда, иначе, он мог узнать о происшедшем? Хотя, возможно, он агент «Избы»…
— Не могу согласиться с молодым господином. Везение всегда или результат тяжёлого труда, или следствие несомненного таланта.
— Вы меня перехвалите, дедушка Цао, — ответил Артор, внимательно вглядываясь в странно-льдистые глаза пожилого человека. «Что же ему надо?» Но старик молчал, изучающее глядя на Артора. Взгляд Цао был неудержим, он жёстко вторгся в его разум. Когда наваждение ушло, у Эвесли осталось впечатление, что его листали как книгу. Ему даже пришлось передёрнуть плечами, приводя растрёпанные небрежным просмотром «страницы» в порядок.
— Прошу прощения молодого господина за свою дерзость, — коротко поклонился старик, — и приглашаю навестить моё пристанище в удобное вам время. Когда решитесь, спросите ибр, он укажет правильную комнату… — снова прошелестел ветер в песке Вельда.
— Конечно, дедушка… — недоуменно ответил бывший шкипер, но собеседник уже бесследно растворился в окружающем сумраке. Растаял. Нигде вокруг, насколько хватало глаз, не было ни единого признака человеческого существа. — Я приду… — едва слышно добавил Артор.
