Самые слики. Хроники «Формулы-1» полностью

Причина провала оказалась весьма неожиданной. Рубенс привык тормозить правой ногой, а левую использовал для нежной работы с педалью сцепления. Можно пошутить, что в 1995-м Jordan хватило денег только на две педали, но на деле все было иначе – вложенные средства как раз и позволили избавиться от педали сцепления. Кто в своей жизни пересаживался с машины с механической коробкой на «автомат», поймет бразильца на 100 %. На прямой он то и дело слегка ставил левую ногу на тормоз, частенько пытался искать тормоз правой. В попытке решить проблему инженеры даже делали для бразильца в районе газа специальный бортик, мешавший поднимать ногу, но особо это не помогло. Только к Гран-при Канады Рубенсу удалось уговорить команду внести корректировки. Педаль тормоза сместили немного правее, левая нога выдохнула с облегчением, а правая взялась за дело.

Но и награда за труды не заставила себя ждать. В Канаде лидеры чудили по полной, да что там говорить – победителем стал Алези! А парни Эдди Джордана правильно нажимали педали и «напедалили» на двойной подиум: Баррикелло финишировал вторым, Ирвайн – третьим.

Дальше, впрочем, все вернулось на круги своя, и типичная команда-середняк продолжила типично мучиться с двигателями и прочими заморочками. Если бы не технические проблемы, в Германии и Венгрии все вполне могло бы закончиться подиумами, а в Японии и Великобритании – набранными очками. Вот только сослагательное наклонение в «Формуле-1» не работает. Добавилась к приключениям и еще одна неприятность: в Португалии наш герой стал первым в истории гонщиком, чей допинг-тест дал положительный результат. Дело, к счастью, удалось замять. Ну, мало ли, может, просто Эдди Джордан стоял рядом, и Рубиньо надышался перегаром?

К концу сезона и пресса, и Джордан уже не скрывали своего недовольства. Пилоты ирландской команды шли на 11-м и 12-м местах в чемпионате, их разделяло одно очко, да и в общем представлении они считались равными по силам.

Параллельно с этим интересные вещи разворачивались в Ferrari. Жан Тодт, решивший сделать «Скудерию» снова великой, подыскивал будущему Красному Барону оруженосца. Не секрет, что каждый болельщик оценивает итоговый выбор по-своему. Например, ваш автор всю жизнь был убежден, что Рубенс добрый и открытый парень, этакая белая овечка, а Ирвайн разгильдяй, алкаш и бабник. На деле же Рубенс вовсе не был наивным простачком.

Начитавшись прессы тех лет, я был твердо уверен в том, что Жан Тодт предложил контракт Второму Сенне, а тот, гордый и талантливый, отказался – мол, вот еще, не для этих грязных дел такую красоту родители вырастили. Ирвайн же, беспринципный гад, взял, да и согласился подстилать Шумахеру, так сказать, красную дорожку. Все это, по большей части, представляется со слов самого Баррикелло, и только сейчас удалось выяснить, что говорил он это от обиды, а Джордан ему по той же самой причине банально поддакивал. На самом деле сладкий плен ловкача Эдди страстно желали покинуть оба пилота: ирландец загнал их в контрактную кабалу практически за бесплатно, дал ненадежные болиды и многого требовал. И Рубенс, и Эдди Ирвайн весь год искали, куда бы им сбежать.

Никакой принципиальности, по сути, не существовало – оба парня рассматривали возможность отъезда в Маранелло как карьерный рост. Пусть и вторым номером, но с возможностью приезжать на подиумы, иногда побеждать и получать за это неплохие деньги. Но вот акции Баррикелло, после того как он начал путать педали, сильно понизились в цене, а Ирвайн в своих делишках преуспел.

В общем, Рубенс не стал пилотом Ferrari не потому, что не захотел быть вторым номером, а потому что не смог. Он пытался сбежать и в Benetton, и в McLaren, но все, что ему светило после неудачного 1995-го, это еще один год в Jordan.

Как вы понимаете, ситуация в команде за межсезонье особо не поменялась: шасси дорабатывалось медленно, мотор Peugeot по-прежнему ломался. Хотя некоторые проблески появлялись – на родине, в Бразилии, нашему герою удалось квалифицироваться вторым, долго держаться на четвертом месте, но проклятие «Интерлагоса» вновь сыграло свою шутку. Под дождем Рубиньо завяз в гравии. В Монако, вновь в дождевых условиях, пилот Jordan вылетел на первом же круге, а в Испании мог отметиться подиумом, но стал жертвой сломавшегося дифференциала.