Самые слики. Хроники «Формулы-1» полностью

В Williams, правда, смогли быстро адаптироваться, и вскоре Жак начал прессинговать лидера гонки, но еще быстрее ехал новоиспеченный второй пилот Хайнц-Харальд Френтцен, сполна нахлебавшийся в ситуации, когда команда ставку делает не на тебя.

Хилл с Вильнёвым отправились в боксы, а Френтцен, рассчитывавший совершить одну дозаправку, помчал к победе. Все бы ничего, однако на его машине в какой-то момент сломалась крохотная деталь – замочек на лючке горловины бензобака. Топливо начало выплескиваться через эту дырочку на раскаленный обтекатель и воспламеняться. Возникла и другая проблема. Как заправить машину, у которой нет дырки для заправки? Не через соломинку же вдувать горючее в огромный бензобак?

Пелотон вновь возглавил Хилл. Жак Вильнёв был занят борьбой с Култхардом и особо не наседал, так что Том Уокиншоу уже начал подыскивать телефоны венгерских ресторанчиков, саун и прочих увеселительных заведений. Отрыв Хилла к концу гонки составлял полминуты, оставалось два круга до финиша, Деймон отчаянно жал педаль в пол, но… она практически перестала реагировать – сломался электропривод дросселя, коробку заклинило. За несколько поворотов до финишной черты мимо нашего героя, задев траву и подняв тучи пыли, пролетел Вильнёв.

Полный отчаяния Хилл смог доковылять до финиша вторым. Да, он радовался на подиуме, команда была в великолепном настроении – но победа упущена, обидно упущена. Больше в очки по ходу сезона попасть так и не получилось, хоть на финальном этапе в Хересе Деймон и смог выдать отличную квалификацию, расположившись четвертым.

Долго не будем заострять внимание на фигуре Уокиншоу, который на деле оказался волшебником Изумрудного города. Скажем лишь, что к концу чемпионата с глаз приглашенного чемпиона спали зеленые очки, и ему стала отчетливо видна вся немощная сущность, по сути, все того же Arrows.

Многие тут же сообразили, что Хилл стал свободным агентом, и к нему выстроилась целая вереница из Sauber, Prost и прочих страждущих. Вот только в этой очереди не оказалось Рона Денниса, а ведь именно в McLaren желал попасть наш чемпион. Он прекрасно знал способности Эдриана Ньюи и понимал, что в McLaren образца 1998‐го, на худой конец 1999-го, можно будет спокойно взять второй титул. Не срослось.

Зато в паддоке присутствовал особый товарищ, давно замышлявший битву за чемпионство. Его спонсоры буквально требовали затащить в пещеру, державшую своды на трехэтажном мате, со стенами, пропахшими вискарем и вечным рок-н-роллом, доносившимся откуда-то из недр, чемпиона мира – все равно какого, главное чемпиона.

Так в 1998 году Деймон Хилл стал пилотом Эдди Джордана.

Сезон начался в новой команде и с новым напарником – братом Дяди Миши Ральфом, что характерно, Шумахером.

Не сказать, что Ральфи хоть немного выглядел угрозой для чемпиона, но Шумахеры, они такие, – им надо все лучшее. Чемпионат не обещал быть легкой прогулкой, однако основной момент заключался даже не в этом. Приход Honda, приглашение чемпиона, солидные спонсоры – все это вешало груз ответственности на озадаченного Эдди Джордана. Он хотел всего и сразу, а машина страдала детскими болезнями и часто ломалась. Дошло до того, что ирландец устроил настоящий погром в моторхоуме после гонки в Монако, круша все, что попадалось ему под руку. Главный конструктор Гэри Андерсон мог лишь успокаивать шефа, заверяя, что работа идет по плану, и скоро они заставят ехать это желтое ведро со змеями на бортах.

Впрочем, статистика не подтверждала его слова: за первые восемь гонок не было набрано ни одного очка. К тому же McLaren, в который изначально стремился Хилл-младший, сразу же начал побеждать на машине, построенной его же другом Эдрианом Ньюи. Привести Jordan в форму удалось только к Канаде, где Деймон вполне мог приехать сразу на подиум, но техника, как всегда, сработала против него. Первым размочить счет удалось именно Шумахеру – в Великобритании и Австрии, – а в Германии и Венгрии к процессу двумя результативными финишами подключился наш чемпион.