Она посмотрела на него с удивлением, как будто эта мысль вовсе не приходила ей в голову. Потом моргнула.
- Не знаю. Наверное, я не хотела, чтобы в замке стало известно о моём... недомогании. А так всё сходится на то, что мы с вами просто немного прогулялись за стеной.
- Вы не хотите, чтобы сир Риверте об этом знал?
- Какая разница, чего я хочу. Вы ведь всё равно ему расскажете.
- Нет, если вы попросите об этом.
Она внимательно посмотрела на него, слегка прищурив глаза и сжав руками подлокотники кресла. Потом отчеканила с прежней своей льдистой сдержанностью:
- Отчего вы думаете, что я стану что-либо у вас просить?
- Потому что вы уже просили, - мягко сказал Уилл, не желая, чтобы это прозвучало как упрёк или вызов.
Лусиана закусила губу. Потом слегка нахмурилась, будто он поймал её в ловушку, и между её тонкими чёрными бровями пролегла едва заметная складка.
- Я была в безвыходном положении, сир. Счёт шёл на часы. Я не знала, кого ещё попросить, и...- Она вдруг замолчала - и улыбнулась, насмешливо и довольно горько. Подняла на Уилла глаза, и он вдруг понял, что она впервые смотрит на него так открыто, не пряча взгляд и не отгораживаясь от него холодной любезностью. - Это забавно, сир Уильям. Я не думала прежде, но... это и в самом деле забавно.
- Что вас забавляет, сударыня?
- Что вы - как он, даже в этом, - ответила она очень просто и в то же время совершенно непонятно.
Но о ком она говорит, Уилл понял, и внутренне вздрогнул, почувствовав, что сейчас они ступают на тонкий, очень тонкий лёд. Ему следовало извиниться, спросить, не может ли он быть полезен чем-то ещё и уйти. Но вместо этого он сказал:
- Вы с сиром Риверте были знакомы раньше? До... до вашей помолвки?
Он не думал на самом деле, что она ответит - его случайная и немного неловкая помощь ещё не делал его достойным её откровенности. Но она ответила неожиданно легко, будто только и ждала вопроса:
- Знакомы - слишком сильное слово. Мы встречались несколько раз, мой тогдашний муж, граф Далнэ, представил нас друг другу. Сир Риверте в первый же вечер попытался затянуть меня на своё ложе, - она изогнула губы в кривой улыбке, когда у Уилла отвисла челюсть. - Фигурально выражаясь, монсир, не бойтесь. Он всего лишь был очень обаятелен, я бы сказал, чрезмерно обаятелен, и недвусмысленно дал понять, что считает меня достойным своей постели.
- Но вы не считали его достойным вашей, - закончил Уилл. Он сам поразился тому, как неожиданно развеселило его это открытие. Надо же, в мире существует создание, способное устоять против чар графа Риверте! Вот почему он...
Улыбка Уилла померкла.
- Я была замужем, - словно не заметив его внезапной мрачности, пожала плечами Лусиана. - И мужу я была верна. Не думайте, что я считала графа Риверте непривлекательным - он привлекателен, и весьма. Но я не из тех, кто ложится в постель со всяким, с которым хочет... если вы понимаете, о чём я говорю.
И вновь, как тогда в Сиане - любая другая на её месте вложила бы в эти слова вдоволь и намёка, и яда, но Лусиана Далнэ-Риверте имела в виду только то, что сказала. Уилл сглотнул. А она улыбнулась, мутной, туманной улыбкой, словно вспоминая что-то, что было в равной степени досадным и приятным.
- Он сказал тогда, что глубоко уважает моё целомудрие. Зная его, вы можете представить, как оскорбительно это прозвучало.
- Вы задели его.
- Не думаю. Скорее, удивила. Он потом ещё раз повторил попытку, и ответ был тем же, потому что и обстоятельства были те же. И тогда он сказал, что если женится когда-нибудь, то только на мне. Мы посмеялись над этим оба, потому что я была замужем, а он любил повторять, что скорее даст себя оскопить, чем женить.
- Что же произошло? - не выдержав, спросил Уилл. Он смотрел на Лусиану Риверте заворожённо, а Лусиана Риверте, откинувшись в кресле, готова была, казалось, ответить на любой вопрос, даже тот, который он вовсе не хотел задавать.
- Что произошло? Да вы ведь и сами знаете. Император, должно быть, прознал о нашем давнем знакомстве. И решил, что наш переборчивый господин граф перестанет сопротивляться, если ему предложить меня. Я написала сиру Риверте и спросила, понимает ли он, что я не хочу за него, я вообще не хочу больше замуж, что я иду на это лишь ради спасения моей дочери, и сознаёт ли он, что браком это будет только по названию и, возможно, по праву на детей, которые у нас родятся... На что он ответил, что знает всё это, и это вполне его устраивает, поскольку у него есть любовник по имени Уильям Норан, с которым он вовсе не намеревается разлучаться из-за меня.
У Уилла пересохло во рту. Он даже не смог отвести взгляд, когда Лусиана Риверте вскинула на него глаза - и опять улыбнулась, едва заметно и почти лукаво. За эти четверть часа он видел её улыбку чаще, чем за предыдущие два месяца.
