– Да ладно… то есть, когда она сюда приехала вся такая серая и невзрачная, без студийного макияжа и дорогущего платья, она вам всё равно была по душе? – у Надежды аж скулы свело от спокойной улыбки Марины и не таких вредин встречавшей.
– Конечно! Правда, Марина серой и невзрачной не бывает, да и в студийном макияже я её ни разу и не видел, надо будет непременно попросить её сделать. Чисто из любопытства.
– Да ладно… То есть, вы даже косметику у неё на лице не замечаете? – Надежда гневно уставилась на этого остолопа.
– Наденька… может, мы про косметику с вами по-девичьи побеседуем? Ивану эта тема не близка, он ею не пользуется, знаете ли! А если вас так заинтересовал мой макияж, могу вас заверить, что сделала я его прямо перед ужином. Самостоятельно и быстро. Для пудры, туши и помады много времени не требуется! – легко рассмеялась Марина, разом выставив упёртую сестрицу Никиты в не очень-то хорошем виде. Примерно в таком, который она и заслуживала.
– Если всё так быстро и просто, так чего же ты своей сестре-то не помогла? – Наде Марина от души не нравилась, и скрывать это никакого желания у неё не было!
– Насколько я понимаю, Ася старается выглядеть так, как нравится её жениху. Хотя, право же… я не понимаю, какое вам до этого дело?
Тут Надя получила два пинка под столом – один от младшей сестры, второй – от матери и остановила очередную колкость практически у источника, плотно-плотно сжав губы.
Дальнейшие разговоры протекали довольно-таки мирно, правда, Асе казалось, что несчастнее её нет на всей земле!
Ну, что такое? А? Это её помолвка! Её личный праздник, а в результате что получается? Сидят все, едят, болтают. А она? Она-то словно оплёванная этой подлой зaрaзoй-Надькой! И Никита… Как он мог? Он же ей все уши прожужжал, что ему нравится натуральная красота! А сам?
На глаза невольно наворачивались слёзы, и, чтобы их скрыть, Ася поспешно отправилась на кухню, якобы за очередным блюдом.
Марина там её и нашла.
– Чего тебе? – хмуро спросила Ася у сестры.
– Пошли!
– Куда ещё? – Ася тёрла глаза – хоть какая-то радость от отсутствия туши.
– Как куда? Утереть нос твоим будущим золовкам и жениху немного ума прибавить! – Марина хищно прищурилась. – Пошли, а то я едва сдержалась, чтобы в эту Надечку блюдом с салатом не кинуть, а Никите сок в лицо не выплеснуть! Если не хочешь скандала за столом – пошли!
Ася захлюпала носом. Ей почему-то оказалось так важно, что её хоть кто-то поддерживает и сердится за неё! Да какое там сердится – от Маринки искры летят.
– Не вздумай плакать! Не хватало ещё! Перетопчется та язва, чтобы из-за неё ещё плакать!
Марина часто ездила в командировки, поэтому краситься умела в любой обстановке – в поезде, в машине, в гостинице без горячей воды…
Ася тоже умела наносить косметику, но делала это очень вдумчиво и долго, а тут ощутила, что в какой-то ураган попала.
– Глаза закрой! Бровями не дёргай! – командовала Марина. – Где у тебя коричневая тушь? У меня-то только чёрная, а тебе её нельзя – слишком ярко.
Минуты через три у Аси и брови сыскались и ресницы обнаружились – длиннющие и густые, крошечное количество румян «нашло» у неё скулы, и волосы ей Марина моментально уложила как-то так, что в зеркало приятно стало глядеть.
– Так… переодеваться не будем… ну-ка… что у тебя тут есть из аксессуаров?
Ася и моргнуть не успела, как Марина выудила из её косметички забытую там подвеску на цепочке – ярко-ярко голубой прозрачный камушек в серебряной оплётке – как капелька.
Он сразу сделал простенькое платье интересным, подчеркнул Асины глаза.
– Ну, вот. А то… бледная-натуральная. Пусть эта Надежда сама с себя штукатурку смоет, вот мы и посмотрим, кто тут бледный! – фыркнула Марина. – А жениху своему посоветуй вместо брюк порты льняные надевать и не кроссовки носить, или ботинки, а лапти и валенки! Оччччень натуральненько!
Ася против воли представила Никиту в портах и валенках и расхохоталась.
– И вообще! Выше нос, плечи разверни и не позволяй о себя ноги вытирать!
– Так я ж обидеть их не хочу! – поделилась Ася.
– А чем их может обидеть твой ухоженный вид? Тем, что у Надежды не получится на твоём фоне выглядеть как блондинистые песочные часы? Обойдётся. Так… где у нас пироги с мясом? Я ж чуяла, что пахло ими! А вот! На тебе блюдо и иди себе, словно так и надо!
Ася послушно унесла пироги и на веранде послышались удивлённые восклицания.
Марина туда не торопилась – заглянула в свою комнату, где на кровати валялось сложносочиненное йорко-чихуашное сонное и набегавшееся собачье общество.
– Девочки, вы тут как? Спите? Ну, спите, спите! – Марина успокаивающе покивала головой и, отступая, чуть не врезалась в Ивана.
– Сонная команда? – он кивнул в сторону отчётливого посапывания.
– Не то слово! Прямо завидно!
– А ты, оказывается, поразительно великодушна… – улыбнулся Иван. – Ты из сестры прямо-таки красавицу сделала.
– Да что там делать-то? Она реально красивая. Это она из-за Никиты сотворила из себя не пойми что! Ну, спасибо язве–Наде. Это благодаря её словам Ася согласилась на отступление от натур-продукта.
– Всё равно… не все бы стали вмешиваться.
