Вот, монахи, человек не ищет наслаждения, не приветствует, не продолжает удерживать. И в чём он не ищет наслаждения, что он не приветствует, что не продолжает удерживать? Он не ищет наслаждения в форме, не приветствует её, не продолжает удерживать. В результате наслаждение формой прекращается. С прекращением наслаждения прекращается цепляние. С прекращением цепляния прекращается [будущее] существование. С прекращением существования прекращается рождение. С прекращением рождения прекращается старение и смерть, печаль, стенание, боль, горе и отчаяние. Таково прекращение всей этой груды страдания.
Он не ищет наслаждения в чувстве… восприятии… формациях… сознании, не приветствует его, не продолжает удерживать. В результате наслаждение сознанием прекращается. С прекращением наслаждения прекращается цепляние. С прекращением цепляния прекращается [будущее] существование. С прекращением существования прекращается рождение. С прекращением рождения прекращается старение и смерть, печаль, стенание, боль, горе и отчаяние. Таково прекращение всей этой груды страдания.
Таково, монахи, угасание формы. Таково угасание чувства. Таково угасание восприятия. Таково угасание формаций. Таково угасание сознания».
Перевод с английского: SV
источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 864"
(сутта в точности идентична СН 22.5, за исключением небольшой вводной части):
В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, прилагайте усердие к затворничеству»{580}. Уединённый монах понимает вещи в соответствии с действительностью...
Перевод с английского: SV
источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 865"
В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, я научу вас волнению из-за цепляния и отсутствию волнения из-за отсутствия цепляния. Слушайте внимательно, я буду говорить».
«Да, Учитель» – ответили те монахи. Благословенный сказал:
«И когда, монахи, есть волнение из-за цепляния? Вот, монахи, необученный заурядный человек – не навещающий Благородных, не обученный в их дисциплине и их Дхамме; не навещающий чистых [умом] людей, не обученный в их дисциплине и их Дхамме – считает, что:
* форма – это «я»; или что
* «я» владеет формой; или что
* форма находится внутри «я»; или что
* «я» находится в форме.
Эта его форма претерпевает изменение и перемены. С изменением и переменой формы его ум становится озабоченым изменением формы. Волнение и образование умственных состояний, рождённых озабоченностью изменением формы, охватывают его ум. Поскольку его ум охвачен, он напуган, обеспокоен, встревожен, и из-за цепляния он становится взволнованным.
Он считает, что чувство – это «я»…
Он считает, что восприятие – это «я»...
Он считает, что формации [ума] – это «я»...
Он считает, что сознание – это «я»; или что «я» владеет сознанием; или что сознание находится внутри «я»; или что «я» находится в сознании. Это его сознание претерпевает изменение и перемены. С изменением и переменой сознания его ум становится озабоченым изменением сознания. Волнение и образование умственных состояний, рождённых озабоченностью изменением сознания, охватывают его ум. Поскольку его ум охвачен, он напуган, обеспокоен, встревожен и из-за цепляния он становится взволнованным.
Вот так, монахи, есть волнение из-за цепляния.
И когда, монахи, нет волнения из-за отсутствия цепляния? Вот, монахи, обученный ученик Благородных – навещающий Благородных, обученный в их дисциплине и их Дхамме; навещающий чистых [умом] людей, обученный в их дисциплине и их Дхамме – не считает, что форма – это «я»; или что «я» владеет формой; или что форма находится внутри «я»; или что «я» находится в форме. Эта его форма претерпевает изменение и перемены. С изменением и переменой формы его ум не становится озабоченым изменением формы. [У него] нет волнения и образования умственных состояний, рождённых озабоченностью изменением формы, что охватывали бы его ум. Поскольку его ум не охвачен, он не напуган, не обеспокоен, не встревожен, и из-за отсутствия цепляния он не становится взволнованным.
Он не считает, что чувство… восприятие… формации… сознание – это «я»; или что «я» владеет сознанием; или что сознание находится внутри «я»; или что «я» находится в сознании. Это его сознание претерпевает изменение и перемены. С изменением и переменой сознания его ум не становится озабоченым изменением сознания. [У него] нет волнения и образования умственных состояний, рождённых озабоченностью изменением сознания, что охватывали бы его ум. Поскольку его ум не охвачен, он не напуган, не обеспокоен, не встревожен и из-за отсутствия цепляния он не становится взволнованным.
Вот так, монахи, нет волнения из-за отсутствия цепляния».
