«Поэтому, Ассаджи, любой вид формы – прошлой, настоящей, будущей, внутренней или внешней, грубой или утончённой, низшей или возвышенной, далёкой или близкой – всякую форму следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью: «Это не моё, я не таков, это не моё «я». Любой вид чувства… любой вид восприятия… любой вид формаций… любой вид сознания – прошлого, настоящего, будущего, внутреннего или внешнего, грубого или утончённого, низшего или возвышенного, далёкого или близкого – всякое сознание следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».
Видя так, Ассаджи, обученный ученик Благородных испытывает разочарование в [отношении] формы… чувства… восприятия… формаций… сознания. Испытывая разочарование, он становится беспристрастным. Посредством беспристрастия [его ум] освобождён. Когда он освобождён, приходит знание: «Освобождён». Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования».{638}
Если он чувствует приятное чувство, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает: «За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться». Если он чувствует болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает: «За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться». Если он чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает: «За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться».
Если он чувствует приятное чувство, он чувствует его [будучи] отсоединённым [от него]. Если он чувствует болезненное чувство, он чувствует его [будучи] отсоединённым [от него]. Если он чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он чувствует его [будучи] отсоединённым [от него].
Когда он чувствует чувство, прекращающееся вместе с телом, он понимает: «Я чувствую чувство, прекращающееся вместе с телом». Когда он чувствует чувство, прекращающееся вместе с жизнью, он понимает: «Я чувствую чувство, прекращающееся вместе с жизнью». Он понимает: «После распада тела, после истощения жизни, всё, что чувствуется, при отсутствии наслаждения в этом, прямо здесь и угаснет».
Подобно тому, Ассаджи, как масляная лампа горит в зависимости от масла и фитиля, и с истощением масла и фитиля, она гаснет из-за недостатка топлива, то точно также, Ассаджи, когда монах чувствует чувство, прекращающееся вместе с телом… прекращающееся вместе с жизнью… он понимает: «После распада тела, после истощения жизни, всё, что чувствуется, при отсутствии наслаждения в этом, прямо здесь и угаснет».
Перевод с английского: SV
источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 942"
Однажды группа старших монахов пребывала в Косамби в парке Гхоситы. И в то время Достопочтенный Кхемака проживал в Парке Деревьев Ююбы. Он был нездоров, поражён болезнью, серьёзно болен.
И тогда, вечером, те старшие монахи вышли из затворничества и обратились к Достопочтенному Дасаке: «Ну же, друг Дасака, отправляйся к монаху Кхемаке и скажи ему: «Старшие монахи передают тебе, друг Кхемака: «Мы надеемся, ты поправляешься, друг, мы надеемся, тебе становится лучше. Мы надеемся, твои болезненные ощущения спадают, а не возрастают, и что можно увидеть их спад, а не увеличение».
«Хорошо, друзья» – ответил Достопочтенный Дасака, отправился к Достопочтенному Кхемаке и передал послание. [Достопочтенный Кхемака ответил]:
«Я не поправляюсь, мне не становится лучше. Сильные болезненные ощущения возрастают во мне, а не спадают, и можно увидеть их увеличение, а не спад».
Достопочтенный Дасака отправился к старшим монахам и сообщил о том, что сказал Достопочтенный Кхемака. Они сказали ему: «Ну же, друг Дасака, отправляйся к монаху Кхемаке и скажи ему: «Старшие монахи говорят тебе, друг Кхемака: «Таковы пять совокупностей, подверженных цеплянию, друг, о которых рассказал Благословенный, то есть:
* форма, как совокупность, подверженная цеплянию,
* чувство, как совокупность, подверженная цеплянию,
* восприятие, как совокупность, подверженная цеплянию,
* формации [ума], как совокупность, подверженная цеплянию,
* сознание, как совокупность, подверженная цеплянию.
Считает ли Достопочтенный Кхемака [что-либо] своим «я» или принадлежащим своему «я» в отношении этих пяти совокупностей, подверженных цеплянию?»
«Хорошо, друзья» – ответил Достопочтенный Дасака, отправился к Достопочтенному Кхемаке и передал послание. [Достопочтенный Кхемака ответил]:
«Таковы пять совокупностей, подверженных цеплянию, о которых рассказал Благословенный… Я ничего не считаю своим «я» или принадлежащим своему «я» в отношении этих пяти совокупностей, подверженных цеплянию».
