— Давайте поговорим начистоту, мистер Беллоуз. Ведь в научном мире известно, что у каждого знаменитого ученого есть своя команда, которая работает за идею и которую не интересует известность и слава. Вы из этой команды?
Он скромно потупил взор:
— Да, пожалуй, я могу сказать о себе такое. Я работаю за идею и мне очень приятно, что она находит реализацию.
Кортни обворожительно улыбнулась:
— Вы давно знакомы с доктором Роулингсом?
Открыв конверт с надписью «Строго конфиденциально Кейту Тиммонсу», окружной прокурор откинулся на спинку стула и стал внимательно читать строки заключения химической экспертизы:
— Так, — пробормотал он — Что тут пишут? Вещество применяется в медицинских целях, но при постоянном врачебном контроле. Оно противопоказано при аллергии, потому что у пациента вырабатывается фактор зависимости…
Он не успел дочитать до конца, стоявший на столе телефон зазвонил. Тиммонс неохотно отложил в сторону бумагу и поднял трубку:
— Алло, я слушаю, Кристина! Да, хорошо, соединяйте. Алло!
В трубке было молчание.
— Алло, Сантана, это ты? Ну, говори же!
После затяжной паузы он услышал поразившие его слова:
— Я ненавижу тебя.
— Объясни, что случилось, — нахмурившись, спросил он. — Откуда ты звонишь? Что с тобой?
Она стояла в будке телефона–автомата на углу одной из оживленных улиц:
— Откуда я звоню — это неважно, — резко ответила Сантана. — Ты, полное ничтожество, зачем ты поменял подфарник?
— Круз знает? — обеспокоенно спросил окружной прокурор.
Она возбужденно выкрикнула:
— Меня радует только одно в этой истории — в тюрьме мы окажемся вместе! Тебе не удастся уйти от ответственности!
Тиммонс сморщился так, как будто только что откусил кусок кактуса:
— Что ты успела ему рассказать? Он что, арестовал тебя? Почему ты так взволнована?
— Нет, — выкрикнула она, — еще не арестовал, но скоро нацепит на меня наручники! Он наверняка арестует меня по обвинению в преднамеренном убийстве. Он убежден в том, что я пыталась убить Иден!
Тиммонс попробовал успокоить ее:
— Не надо так переживать по этому поводу! Ведь все ордера на арест подписываю я. Под этой бумагой я просто не поставлю свою подпись. Ведь у него же нет никаких улик против тебя. Что ты ему рассказала?
Ее истерика сменилась растерянным молчанием.
— Ну, что ты затихла? Алло, Сантана, ты слышишь меня?
— Да, — растерянно произнесла она. — Послушай, Кейт, ты спасешь меня? Я в безвыходном положении, мне не на кого больше надеяться.
— Ну, да, разумеется, — раздраженно ответил он. — Только нам необходимо встретиться и поговорить. Где ты находишься? Скажи мне адрес, я выезжаю немедленно.
Он еще не успел услышать ее ответ, как дверь его кабинета распахнулась и на пороге выросла фигура Круза Кастильо. Следом за ним вбежала секретарша и, растерянно посмотрев на босса, сказала:
— Извините, мистер Тиммонс, я не смогла его остановить.
Окружной прокурор мрачно кивнул:
— Ладно, Кристина, не надо извиняться. Тут уж ничего не поделаешь.
Изменившись в лице, он положил трубку на рычаг телефонного аппарата.
— Кейт, Кейт, что случилось? Алло, Кейт! — закричала Сантана, когда из трубки донеслись короткие гудки.
Тиммонс широко улыбнулся и гостеприимно распахнул руки:
— Кастильо, что случилось? Надеюсь, что ты приехал ко мне по делу?
На Круза в этот момент было страшно смотреть. Его лицо было искажено такой гримасой ненависти и презрения, что широкая улыбка окружного прокурора выглядела несколько неуместно.
— Да, я приехал по делу, — сквозь зубы процедил Круз.
Тиммонс, не стирая с лица улыбки, произнес:
— К сожалению, я сейчас очень занят. Может быть, мы могли бы поговорить в другое время? Или, если хочешь, подожди меня в приемной, я скоро освобожусь.
Круз обернулся и так взглянул на секретаршу, что она мгновенно выскочила из комнаты. Без особой вежливости захлопнув за ней дверь, Круз подошел к столу окружного прокурора:
— У меня очень важное дело, — многозначительно произнес он. — Все, чем ты занимался до сих пор, не имеет никакого значения в сравнении с этим. Я хочу поговорить о том вечере, когда Иден Кэпвелл попала в аварию.
Тиммонс пожал плечами:
— А почему именно со мной?
Круз метнул на него уничтожающий взгляд:
— Скоро узнаешь.
Окружной прокурор развел руками:
— А, наверное, тебя интересуют свидетели по этому делу?
Круз медленно покачал головой, не сводя пристального взгляда с Тиммонса:
— Не надо увиливать.
Тот съежился в кресле. Глаза его наполнились страхом. Правда, спустя несколько мгновений он сумел взять себя в руки и, натужно улыбнувшись, сказал:
— Ясно, значит, разговор пойдет о твоей жене.
— Именно, — подтвердил Круз.
Тиммонс стал барабанить пальцами по столу:
— Насколько я понимаю, она тебе во всем созналась?
Круз кивнул:
