Джина почувствовала, что все складывается для нее крайне неудачно, и резко поднялась из‑за стола. Она не успела сделать даже шага в сторону, как Круз схватил ее за руку и потащил обратно.
— Эй, ты куда? Разговор еще не закончен.
Она сделала оскорбленный вид:
— Ты слишком вспыльчив, Круз, а это опасно.
Он заставил ее сесть обратно.
— Опасно заниматься интригами, Джина. Что ты затеяла с Кейтом Тиммонсом?
Она попыталась вырваться:
— Отпусти меня! Мне же больно.
Он крепко держал ее за руку:
— Джина, однажды в моей жизни уже был такой случай, когда мне пришлось тесно столкнуться с тобой. В тот раз я спас тебя от тюрьмы, но сегодня мое терпение лопнуло, Джина. Будь осторожна и держись от меня подальше.
Этот разговор так расстроил его, что он вскочил из‑за стола и решительно зашагал к выходу. Подошедший официант с чашкой дымящегося кофе в руке, недоуменно проводил его взглядом:
— А как же ваш заказ? — пробормотал он. Джина выхватила у него из руки чашку и стала жадно отпивать кофе.
— Запишите на мой счет, — сказала она, осушив чашку до половины.
Когда окружной прокурор покинул ее дом, Сантана отправилась в ванную приводить себя в порядок. Через четверть часа она выглядела уже значительно лучше. Слой грима скрывал измятости кожи и мешки под глазами. Она одела черный костюм и синюю блузку, как и советовал ей Кейт. Несмотря на освежающий душ, Сантана чувствовала себя довольно дурно. Ее подташнивало, слабость то и дело накатывала на нее холодными волнами, что‑то побаливало в груди.
Чтобы хоть как‑то облегчить свое состояние, Сантана прибегла к привычному средству — таблеткам. Она достала из сумочки пузырек, вытряхнула на ладонь пилюлю и проглотила, запив водой. В этот момент дверь в прихожей распахнулась, и в дом вошел Круз. Если бы сейчас нужно было бы сравнить, кто из них выглядит хуже, то, пожалуй, Круз мог бы вполне опередить жену.
Увидев его мрачное лицо, Сантана бросилась навстречу:
— Может быть, я приготовлю тебе завтрак?
Он отрицательно покачал головой:
— Нет, спасибо, я не хочу есть.
— А где ты был? — спросила она. Он неопределенно махнул рукой:
— Так, кое–какие дела были.
Она нерешительно шагнула навстречу ему, но затем остановилась:
— Круз, я даже не знаю, что сказать. Я очень хотела бы помочь тебе. Но…
Он уныло взглянул на нее:
— Сантана, почему ты не рассказала мне обо всем сразу? Мы смогли бы избежать многих неприятностей. А теперь все так усложнилось.
Низко опустив голову, она глухо произнесла:
— Я боялась развода. Круз, может быть, ты все‑таки простишь меня?
Он на мгновение задумался:
— Может быть, я и прощу тебя, но только в том случае, если ты мне все расскажешь. Все, до самой последней детали. Иначе я ничего не могу поделать.
Она растерянно теребила пальцы:
— Круз, я была плохой женой.
Круз поморщился:
— Давай не будем обсуждать эту тему. Сейчас не время для того, чтобы вдаваться в такие подробности. Каждый из нас может припомнить много дурного друг о друге. Но ведь мы должны добиваться не этого. Мы должны доверять друг другу. У нас не должно быть тайн. Наше примирение, наше счастье, зависит от взаимного доверия, от искренности.
Она расстроенно отвернулась к окну:
— Не бросай меня, Круз, — голос ее дрожал, — если мы расстанемся, это будет для меня страшным ударом. Я надеюсь только на тебя. Может быть, нам все‑таки удастся сохранить семью.
Он с горячностью взмахнул рукой:
— Да я хочу жить с тобой! Но одного желания недостаточно, чтобы сделать тебя счастливой. Нужно понимание с твоей стороны.
Она зарыдала, размазывая по щекам слезы:
— Да, я совершила ошибку. Но почему ты не можешь простить меня за это? Ведь мне больше некому признаться в этом. Ты единственный мужчина в моей жизни и я хочу принадлежать только тебе. Сначала я думала, что могу найти тебе какую‑то замену, но оказалось, что это не так. Ты знаешь о том, что случилось со мной, но все это в прошлом. Я уже сделала свой выбор. Я хочу забыть обо всем плохом, что разделяло нас. Пусть оно останется в прошлом, поверь мне.
Круз почувствовал, как сердце его дрогнуло. Он не нашел в себе сил ответить жене.
— Пойду, переоденусь.
Сантана хмуро обернулась:
— Недавно заезжал Кейт.
Круз поморщился:
— Что ему надо было?
— Он сказал, что будет добиваться смягчения наказания.
Круз мрачно усмехнулся:
— По–моему, это обязанность Джулии. Кейта Тиммонса еще никто не назначал твоим адвокатом. Я думаю, он берет на себя слишком многое.
Сантана отрицательно покачала головой:
— Нет, по–моему, он искренне хочет помочь мне. Пусть попробует, может быть у него что‑нибудь выйдет.
Круз Кастильо сокрушенно махнул рукой:
— А, по–моему, Тиммонс просто пытается спасти свою жалкую душонку. Рано или поздно ты поймешь это.
Сантана взорвалась:
— Круз, не надо обсуждать Кейта, — она снова заплакала. — Мне страшно, Круз. Я так боюсь. Пожалуйста, обними меня. Ты нужен мне.
Она бросилась к нему на шею и прижалась к его груди.
— Я обещаю стать идеальной женой. Как я люблю тебя! Возможно, большая любовь порождает большие проблемы.
Звонок в дверь заставил ее вздрогнуть.
— Я открою, дорогая, — сказал Круз.
